Международный день борьбы за ликвидацию расовой дискриминации отмечался 21 марта. Он проводится по решению XXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН от 26 октября 1966 г.

В пункте временного размещения беженцев Одессы сейчас проживают 114 африканцев (17 женщин и 10 детей, остальные — мужчины) из 17 стран. Нескольких африканцев мы спросили о том, как они относятся к расовой дискриминации.

Анри Муенде Паскаль, 28 лет, искатель убежища из Кот-д’Ивуара, три года в Одессе:

— Это было словесное оскорбление, мне не хотелось бы повторять обидные слова, прозвучавшие в мой адрес. Один раз мне пришлось отстаивать себя даже в драке.

Нгейтала Нселе Одесселе Нгейтала Жуасим, 29 лет, искатель убежища из Конго-Браззавиль, один месяц в Одессе:

— Ни разу, к счастью, не пришлось испытывать расовую дискриминацию ни в каких формах ее проявления.

Фреди Амиси Рамазани, 26 лет, искатель убежища из ДР Конго, 1 год и 3 месяца в Одессе:

— Да. Однажды в трамвае меня люди просто так оскорбляли. Было обидно. Я ушел.

Джерри Лупемба, 39 лет, выходец из ДР Конго, гражданин Украины, более 10 лет в Одессе:

— Приходилось сталкиваться с проявлениями агрессии, как в словесной форме, так и с рукоприкладством. Чаще всего приходилось уходить и убегать от проявлений расовой дискриминации, ведь ее последствия непредсказуемы и могут стоить жизни.

— Как, по-вашему, надо бороться с расовой дискриминацией?

Анри:

— Как член вокально-инструментальной группы «ООН» (Одесса объединяет национальности) я вношу свою лепту в дело борьбы с расовой дискриминацией. Наши песни «Шоколадный заяц» — о чернокожем парне, украинские народные песни «Несе Галя воду», «Червона рута» направлены на стирание границ между расами и этносами.

Одесселе:

— Буду убегать.

Джерри:

— Как пастор церкви «Христос для всех народов» я провожу миссионерскую работу в этом направлении. Мои методы работы — молитва, проповедь, приглашение в церковь, евангелизация.

— Существует ли «расизм наоборот», например, если белый человек попадет в вашу африканскую страну или окружение африканцев, как он будет себя ощущать там?

Анри:

— На моей родине вас примут так, что вы будете чувствовать себя как Бог, — таковы законы гостеприимства не только в Кот-д’Ивуаре.

Одесселе:

— Вполне комфортно, у нас хорошо принимают. В ДР Конго живет много русских и украинцев. Моя мама училась у вас, и я с ее слов знал, какие есть у вас здесь города: Киев, Одесса...

Амиси:

— В Конго такого не бывает. Конголезцы воспринимают всех людей равными. У нас много иностранцев: китайцев, арабов, французов. И отношение к ним нормальное.

Джерри:

— Никогда в жизни! Вас примут с радостью и уважением. Не могу ручаться за всю Африку, но в ДР Конго у людей другой менталитет.

Не знаю, как вам, а мне захотелось в Африку. Возможно, там отсутствует не только расовая дискриминация, но и гендерная и возрастная.

В заключение хочется напомнить, что все конфликты, получившие в дальнейшем оценку как расовые, как правило, начинаются из-за информационного и языкового барьеров, а также существующих ментальных различий. Мы все — разные и стремимся к равенству. Наиболее распространенным и менее энергозатратным способом решения конфликта расовой дискриминации является уход от него. Нужно реально оценивать ситуацию и не рисковать понапрасну. Эффективными способами названы миссионерство и вокально-инструментальная деятельность.