Начальник Департамента уголовного розыска МВД Украины о политической составляющей в МВД, своих методах работы и главной задаче милиции

После смены власти в нашей стране и назначения министром внутренних дел Украины Анатолия Могилева, по милицейской вертикали начались «чистки»: уволены или ушли по собственному желанию (читай: уволены добровольно-принудительно) все заместители Луценко, почти все начальники милиции областей и руководители Департаментов. На руководящие должности структуры МВД были назначены исключительно выходцы из донецкого региона и сторонники Партии регионов. В связи с этим можно предположить, что «донецкие» начнут закрывать уголовные дела против людей, имеющих отношение к Партии регионов, и открывать против оппонантов-«помаранчевых». В отношении же простых граждан, надо полагать, работа правоохранительной системы не изменится.

Одним из новоназначенных руководителей достаточно важной и серьезной структуры МВД — Департамента уголовного розыска — накануне праздника, Дня уголовного розыска Украины, был назначен генерал-майор милиции Валерий Литвин. Наш разговор с Валерием Валериевичем — о «донецких» и предполагаемых «новшествах».

— Новый министр МВД из команды Януковича предложил вам столь ответственный пост. Вы — донецкий?

— Нет, я — херсонский. Этот действительно ответственный пост я занял потому, что мой руководитель ушел на пенсию. А поскольку я почти два года занимал должность его заместителя, мне и предложили возглавить Департамент. Я согласился.

— Расскажите, пожалуйста, о себе. Где и кем работали раньше?

— Родился я в селе Первомайское Бериславского района Херсонской области. В Бериславском райотделе милиции проработал 14 лет —от. рядового милиционера патрульно-постовой службы до капитана — первого заместителя начальника криминальной, милиции. После этого был назначен начальником милиции Новой Каховки в Херсонской области. Потом были Херсон, Ялта, Винница. С должности начальника милиции Винницкой области после всем известных событий 2004 г., в числе многих других руководителей структуры МВД, был уволен. На пенсию. Позже меня восстановили на работе, направив в транспортную милицию Киева.

После был советником министра МВД Василия Цушко, потом — служба в ДОС (Департамент оперативной службы). А с 2008 года занял должность заместителя начальника Департамента уголовного розыска МВД. В этом году стал начальником. Как видите, обычный трудовой путь и карьерный рост работника милиции. Без привязки к Донецку и к каким-либо политическим силам. Если честно делаешь свою работу.

— Нынешний министр МВД Могилев считает, что все беды и преступления, которые были в нашей стране в минувшие годы — недоработка прошлой власти. Во всяком случае, на своей первой пресс-конференции для СМИ он заявил примерно следующее: «Луценковщины здесь не будет!». Как человек, работавший на руководящих должностях при трех министрах — Цушко, Луценко, а теперь и Могилеве, охарактеризуйте ситуацию с преступностью в нашей стране. Неужели действительно кражи, убийства, насилие над людьми в Украине были из-за недоработок Луценко?

— Как бы ответить мудро? (задумался — авт.). И тот министр, и этот были моими руководителями, поэтому я не могу и не, буду давать оценку вышестоящему руководству. Одно скажу: при Луценко в работе правоохранительных органов было много положительного, но и начало работы министра Могилева очень эффективное.

Существенное же отличие в том, что с ' Анатолием Владимировичем мы одинаковы по духу, потому что оба вышли из розыска. К тому же, он работал начальником серьезнейшего горуправления в довольно сложном регионе — Донецкой области. Это значит, что он опытный практик, который планирует, как упростить работу милиционеров и одновременно сделать ее эффективнее для людей. Чтобы в МВД не было говорильни, игры цифрами. Лично же я считаю, что оценку работе МВД должно давать население. Возможно, в виде каких-то опросов, экзит-полов: И тогда будет правильная картина и работы министерства, и состояния преступности.

— А когда в милиции лично вам работалось лучше — тогда или сейчас?

— Сейчас работается не хуже (раздражается — авт.). Но оценивать работу ведомства, где работаю много лет, я не буду (говорит уже мягче, по-доброму — авт.).

— Можете ли вспомнить из собственной практики какое-то резонансное преступление? Возможно, оно запомнилось особой жестокостью или тем, что его трудно было раскрыть?

— Есть хорошее выражение: «Все тайное всегда (!) становится явным». В моей практике было много случаев, когда вначале не за что было даже зацепиться. Но когда такие преступления начинаешь потихоньку распутывать, находится нужная нить, которая ведет прямо к преступнику, и оказывается, что все очень просто. Так всегда и действовал — осторожно, очень внимательно, чтоб никого не спугнуть. А из страшных, зверских преступлений, которые поразили меня своей жестокостью и цинизмом, запомнилось убийство на 9 мая у меня на родине, в Бериславском районе. Там есть село Красный Маяк, знаменитое своим мужским монастырем (Свято-Григорьевский Бизюков монастырь — авт.). Так вот, в канун великого праздника — Дня Победы, в одном из сливных колодцев села был обнаружен труп известного и уважаемого человека — ветерана Великой Отечественной войны, с колом в глазу. Представляете, какой страшный конец у человека, освободившего нашу землю от фашистов? Скажу честно, было жутко даже милиционерам, чуть ли не каждый день сталкивавшимся с преступлениями, а каково детям и родственникам ветерана?!

В село сразу же выехала большая группа следователей, были и из СБУ. Но не было ни единой зацепки, чтобы выйти на след преступника. Ночью я еще раз решил сам поехать в село. Измерял все шагами, просидел на месте преступления полночи — думал, замерял. Потом с группой мы начали опрашивать абсолютно всех местных: кто с кем дружил, враждовал, кто чем дышит — надо было найти хоть слабую нить. В той деревне была бойня, место, где забивали скот. И когда мы дошли до бойни, рабочие нам случайно рассказали о пацане, который у них иногда бывал и умел убивать скот именно ударом в глаз. Говорят, мгновенным ударом ножа в глаз заваливал быка. Так мы вышли на преступника. Им оказался 14-летний малолетка из неблагополучной семьи. Говорить с ним было сложно, он постоянно замыкался, но мне мягко, по-доброму, все же удалось добиться от него признательных показаний.

— Я знаю, что в одном из городов, где Вы возглавляли управление милиции, Вас боялись и уважали те, кто раньше бесчинствовал в регионе и держал население в страхе. Как Вы этого добились?

— Вы имеете в виду Новую Каховку? Да, в этом городе я действительно прошел испытание огнем и мечом. Но мне повезло, что я работал с удивительным мэром, к сожалению, ныне покойным, — Анатолием Лысенко. Это был мэр от Бога. Он организовал вокруг себя всех руководителей города, в том числе и силовиков, что раньше, да и сейчас, редко практикуется. И у всех нас была единая задача — порядок в городе и спокойствие населения! Большим плюсом было еще и то, что в те времена не было никаких партийных групп, списков или кружков по понятиям. Был один хозяин — мэр. И все вокруг него. Когда меня назначили начальником милиции города, мне было обидно и противно, что милиционеры Новой Каховки отдавили честь местным криминальным авторитетам, а те в ответ могли их послать подальше. Или что работники правоохранительных органов заказывали бандитам в ресторане песни. Это задевало мое самолюбие. Тогда я попросил у своего руководства разрешения подобрать в милицию команду по своему усмотрению. Получил добро. И позвал людей из разных районов региона, которые не могли опуститься до того, чтобы в городе, где они работали и жили, правил бывший криминальный авторитет. За два месяца мы навели в Новой Каховке абсолютный порядок! Это стоило, конечно, больших усилий. Мы не спали по 23 часа в сутки, но смогли показать всем, кто есть кто, заставив местных блатных уважать Закон.

— Что значит, заставив? Вы били так называемых подозреваемых, угрожали тюрьмой?

— Били? Что вы, нет! Мы действовали методом убеждений (загадочно улыбается — авт.). Помню, через какое-то время в город приехала комиссия с проверкой, действительно ли мы смогли превратить город из криминального в милицейский, где люди соблюдают закон. Ведь на нас начали жаловаться, говоря, что мы будто бы преувеличиваем свои заслуги. Все проверили. И данные подтвердились: действительно, рейтинг милиции в Новой Каховке в то время был самым высоким в области и одним из самых высоких в Украине. Помню, когда я только вступил в должность начальника милиции (а коллектив райотдела был почти 200 человек), я не мог собрать на совещание даже трети личного состава — не подчинялись, и все. Было видно, что в органах работали и подонки, которые предавали товарищей, и те, которые продавали уголовные дела. И тогда я начал принимать жесткие меры — наказывать, увольнять, заставлять работать людей не на себя, а на государство. Зато сегодня в том городе я могу ходить с гордо поднятой головой и никто не скажет, что я обидел какого-то коммерсанта, или мне кто-то что-то носил.

— Когда появилась «партийность», были ли такие преступления, которые вам трудно было раскрыть, потому что на вас давили? Только честно.

— На меня надавить очень тяжело. Потому что я никогда не шел вопреки своей совести. К сожалению, в нашей стране закон часто используют как дышло. Поэтому я всегда действовал, возможно, не абсолютно по закону, зато абсолютно по совести. В моей жизни никто и никогда не мог меня заставить делать то, что противоречило бы моим принципам, понятиям о справедливости и законе. Повторяю, никто. Более того, зная мой характер, никто даже не пытался давить, не говоря о том, чтобы просить кого-то выпустить, закрыть дело, «заказать» кого-то.

— Но Вы ведь человек Януковича?

— Поскольку я нахожусь на государственной службе, я являюсь человеком государства.

— И все же, если сложится так, что вам нужно будет возбуждать уголовное дело против «донецких» и представителей нынешней власти, а вас начнут просить не делать этого ваши соратники по духу, что тогда?

— Если надо будет принимать решение, противоречащее моим понятиям и совести, я этого не сделаю. И наш министр тоже принципиально к этому относится. Особенно требователен он к сотрудникам милиции. Потому что когда сама милиция нарушает Закон — это противно всем.

— Чего тогда не хватает нам, чтобы навести в стране полный порядок?

— Не хватает идеологии и любви к государству. Смотрите, как Российская Федерация прививает своим гражданам любовь к стране — фильмами, заботой о стариках, законами. А у нас все больше людей, с одной стороны, безразличных, а с другой — агрессивно-заполитизированных. Конечно, сегодня тяжело жить, нет работы, денег. Но надо вести себя нормально, чтобы не было стыдно за страну. Всем надо сплотиться, сесть за круглый стол. В том числе и нам, милиции. Правоохранители сегодня должны решить главную задачу: как сделать так, чтобы стало лучше и спокойнее жить простым людям.