Сегодня мы побеседуем по самому насущному для каждого человека труда вопросу — о соотношении доходов трудящихся и потребительских цен.

Средняя заработная плата в Советском Союзе к 1990 году равнялась 260 рублям. Сегодня среднестатистический гражданин нашей страны, задействованный в государственном или частном секторе отечественной экономики, получает за свой труд две тысячи гривень. Соотношение, как видим, один к семи с половиной.

На самом деле данный разрыв куда меньше, потому что, во-первых, значительную часть в доходах трудящихся составляли при социализме материальные блага, получаемые из общественных фондов потребления, чего в настоящий момент нет и в помине, а во-вторых, зарплаты жителей Украины были выше, чем по СССР в целом.

Кроме того, следует помнить, что благосостояние советских людей, надежно защищенных общественным строем от социально-экономических кризисов, постоянно росло — на три-четыре процента в год. Таким образом, если бы не возврат к капитализму, их доходы к 2010 году практически удвоились бы.

Но я готов дать фору идеологическим оппонентам коммунистов, и не стану принимать во внимание все эти неоспоримые факты в ходе своих дальнейших расчетов. Буду исходить в них из предложенного соотношения — один к семи с половиной.

Итак, давайте посмотрим, что произошло с потребительскими ценами за двадцать лет хозяйничанья капиталистов в Украине.

Молочная колбаса за два двадцать, низкая цена на которую объявлена буржуазией едва ли не главным пороком социализма, продается сегодня за пятьдесят гривень. Она стала дороже более чем в двадцать раз. А ведь в той, советской, колбасе, было мясо — в отличие от нынешней!

Цены на хлеб выросли с шестнадцати копеек до четырех гривень — в двадцать пять раз.

Проживание в трехкомнатной квартире обходилось советской семье менее чем в пятнадцать рублей, сегодняшней — в четыреста с лишним гривень. Квартплата увеличилась в тридцать раз.

Проезд в городском транспорте стоил при социализме от трех до пяти копеек, сегодня — полторы гривни и выше. А это уже пятидесятикратный скачок.

Но самый, пожалуй, удивительный «рекорд» установлен украинским капитализмом в области роста цен на бензин — с 4 копеек до 8 гривень — в двести раз! Впечатляет?

Вот и получилось, что согласно данным, обнародованным в начале 2010 года Евростатом, за предметы ширпотреба и пищевые продукты мы сегодня выкладываем из своих карманов больше денег, чем жители ведущих капиталистических стран Запада — при украинских-то зарплатах!

На первый взгляд может показаться, что потребительские цены в нашей стране сошли с ума. В действительности все обстоит куда печальнее для вас: мы имеем дело с четко продуманной классовой политикой, проводимой крупным капиталом и выражающим его интересы государством, которая направлена на ограбление трудящихся.

Цены в буржуазной Украине не просто выросли. Произошло резкое изменение их структуры в пользу эксплуататоров.

В последние годы советской власти грамм золота, например, стоил 60 рублей, сегодня — менее чем 500 гривень, хотя мировые цены на этот драгоценный металл возросли за прошедшие девятнадцать лет более чем вдвое! Как видим, золото стало дороже всего в восемь раз, что просто несопоставимо с показателями роста цен на товары широкого потребления, продовольствие и коммунальные услуги, которые я приводил выше.

Точно такая же тенденция наблюдается в отношении всех других предметов роскоши. Кто выметает драгоценности с прилавков ювелирных магазинов, щеголяет в дорогих шмотках от Гуччи и центнерами потребляет пищевые деликатесы, рискуя заполучить подагру, ясно каждому — уж во всяком случае, не рабочий, пенсионер или учитель.

То, что цены на хлеб для трудящихся выросли за последние девятнадцать нет значительно больше, чем на рябчиков для буржуев, может означать только одно: каждая заработанная вами гривня фактически гораздо дешевле гривни, лежащей в карманах олигархов. Эти господа сдирают со своих наемных работников сразу две шкуры: сначала чудовищно недоплачивают вам за труд, а затем душат социально несправедливыми ценами.

Впрочем, в буржуазной Украине все-таки есть один товар, который стал для трудящихся доступнее, чем в советское время. Это водка.

Раньше поллитровка соответствовала по цене трем с лишним килограммам «любительской» колбасы, тогда как ныне — всего пятиста граммам. В таком, простите за выражение, «колбасном» пересчете водка подешевела в шесть с лишним раз. Сделав столь своеобразный «подарок» трудящимся, буржуазия совместила полезное (для себя, любимой) с приятным. С одной стороны, она сказочно обогащается (прибыльность торговли водкой, имеющей мизерную себестоимость, определяется не ее ценой, а объемом продаж), с другой — спаивает своих классовых противников, отвлекая их от борьбы против наемного рабства.

И еще об одном. Адвокаты капиталистического строя любят повторять основательно побитый молью аргумент: да, сегодня цены «кусаются», но зато в магазинах «все есть». А при социализме существовал дефицит, выстраивались очереди.

Отвечая на этот выпад, приведу небольшой пример.

Сырокопченая колбаса за 4 рубля 20 копеек, действительно, далеко не всегда лежала на прилавках советских магазинов. Однако под прилавками (в СССР, к сожалению, так и не удалось изжить спекуляцию) она продавалась за шесть. Это и была ее реальная рыночная цена. Иными словами, для того, чтобы покончить с дефицитом, избавиться от очередей и обеспечить товарное изобилие, следовало поднять государственные цены всего в полтора раза.

Заботясь о благосостоянии трудящихся, Советская власть не шла на подобные шаги. Правильно она поступала или нет — вопрос дискуссионный.

А в наши дни буржуи подняли цены в десятки и сотни раз, и имеют наглость бахвалиться тем, что в Украине нет очередей на товары, недоступные для подавляющего большинства населения! Да за это не хвалить, а сажать надо. И без всяких дискуссий!

Так что не спешите, дорогие товарищи, радоваться при виде изобильных витрин! Зачем человеку скатерть-самобранка, если ее дарами пользуются другие? Помните: цены в буржуазном обществе делают богатых богаче, а бедных беднее. И так будет до тех пор, пока мы вместе с вами не покончим с капитализмом. (продолжение следует)