Украина все больше (ни сегодняшний, ни вчерашний политический режимы не в счет и ни при чем) скатывается к жесткой сегрегации внутри общества. Богатые — бедные. Это уже никого не удивляет, хотя именно этот принцип и есть тот самый сегрегатор, который все дальше и дальше разделяет и отделяет нацию друг от друга. Как у Головко в романе «Бурьян» — были братья одного рода, да разного класса. Общество само поощряет сегрегацию по жесткому принципу «свой-чужой», «свидомый-исконник», «хохол-москаль», «богатый-бедный». Семантические пары можно продолжать до бесконечности. Смысл один: разные и не для одной цели. Служить и управлять, подчиняться и повелевать. Эксплуатировать и быть эксплуататором. Вырастает целое поколение «тепличных быдлят», которые никогда не гоняли во дворе мяч с пацанвой в общем запале. Никогда не играли «в войнушку» во двор с теми, чьи родители стоят у станка, работают простыми трудягами, протирают в офисах штаны и считают себя белыми воротничками. Никогда не дрались по-мужски, без папиковских связей и подвязок во власти со своими сверстниками, и не учились жизни. Украинские дети с детства приучаются жить в режиме апартеида. Пусть даже не того, с которым боролся в ЮАР Нельсон Мандела. Дети разучились расти и существовать в одном обществе. Их не учат быть одним целым — этносом, нацией, украинскими гражданами. Никогда ребенок, которого возят на джипе в элитную школу с месячной оплатой за обучение в 2 зарплаты матери соседского мальчугана, с которым он уже общается с позиции «главный-холоп» не будет жить в понимании с этим самым соседским пареньком. Между ними разрастается социальная пропасть. Ьедный никогда не попросит, а лишь отберет у богатого. Богатый никогда не протянет безвозмездно руку помощи бедному, лишь только с выгодой для себя (пиара, меценатства, приумножения капитала).

Современные дети квази-общества «Украина» не ходят в одну школу (началось все с садика), они не тусуются в одних сферах, у них разные возможности провести досуг. Они не будут встречаться с девушками одного круга. Они не будут учиться в одинаковых ВУЗах, получать одинакового уровня медицинское обслуживание. Они не получат одинаковый шанс начать карьеру, они не будут никогда вместе строить Украину. Они даже в мир иной уйдут по-разному: кто-то по-бюджетному, в плохо сколоченном гробу и дешевыми венками, кто-то в гробу из орехового шпона.

В этом вся трагедия. Они — разные. Они уже сегрегированы существующей системой и извращенным украинским социумом, который бурьяном вырос на обломках общества «украинцев советских». Это — пропасть, два разных мира. У них — вечный антагонизм. У них — нет одного видения Украины.

Украинцы разделены уже с самого рождения (в нынешнем обществе). Деление — как касты в Индии. Переход из касты в касту возможен лишь перерождением. Рожденный от родителей на рабочей окраине, пусть и мегаполиса Киева-столицы, в нынешних условиях не получит никогда то, что имеет его сверстник, родители которого входят в касту «хозяева жизни» и живут на полную катушку в центре «плохо спланированной деревни». Эти два ребенка никогда не пересекутся. Лишь один раз могут — где-то в момент напряжения, когда «верхи не могут, а низы не хотят».

Жесткое разделение поддерживается и всячески культивируется самим нашим украинским обществом. «Элитное образование», «элитное жилье», «элитные шлюхи», «элитное питание». Эпитет «элитарности» присобачивается ко всему, что надо продать и срубить на этом бабла, забывая, что элита — это лучшее нации, кость и ее генофонд. Остов, основа. Какая же это «элита», если вчера еще торговал носками около выхода в метро, десять лет назад учился в ПТУ, а первый миллион удалось заработать на сомнительных схемах. Однако это дает пропуск в мнимое высшее общество. Высшее мнимое — потому что там все тот же «скотный двор». Наше украинское общество глупое и тщеславное, само того не зная, проводит политику размежевания и постепенного расслоения в пределах одного социума. Даже не этноса. Скоро эти «элиты» не захотят себя отождествлять с той «низжей» Украиной и недо-украинцами, которые стоят ниже по социальной лестнице. Элита не станет таковой без желания низов подставить под нее свою спину. Нарастание общественного напряжения и сегрегация еще даст о себе знать. Мина замедленного действия. Критическая масса нарастает. И это может рвануть покруче Чернобыля. Только вот когда — не знает никто. Может быть завтра, а может...

Владимир Белявинов

***

Комментарий. К сожалению, проблема, описанная автором этого текста, нарастает, как снежный ком. Но, это только часть айсберга, верхняя и небольшая. Нижняя же часть, как правило, малозаметна, до поры-до времени. Й самая большая проблема может заключаться в том, как противоречия между «кастами» разрешить. Можно спрогнозировать социальную революцию. Настоящую, а не «цветную» — с пальбой, кровью и погромами. А можно попытаться объединить людей некой идеей, общей для всех. И вот здесь кроется не менее опасная штука. Идеология объединения богатых и бедных для сглаживания существующих противоречий и достижения общей, единой цели, называется... национализм. Воинствующий национализм. «Кто не с нами — тот против нас», «Украина для украинцев» и т.п. Это тоже может случиться. И никто не знает — когда.