По приезде в Николаев, по установившейся традиции, поехала и к тем, кого уже в этой жизни не встречу. В прежние годы до кладбища за Баштанским шоссе приходилось ехать трамваем, а затем еще неблизко идти пешком. Теперь же добираться туда стало намного проще, скорее и удобнее — регулярно курсируют мар шрутки.

Но вот все то, что увидела на самом кладбище, просто ошеломило: территория за столько лет не ограждена, то тут, то там кучи мусора, дымят костры, разведенные на чьих-то заброшенных могилах. Рядом с ухоженными местами захоронения немало буквально тонущих в высоченном высохшем бурьяне, из-за которого пройти трудно. А ведь люди идут с тяжелой ношей — несут лопаты, грабли, воду в канистрах и бутылках. Тесно на кладбище, перекопаны прежние дороги — проходы между ближайшими к трассе секторами, оградки жмутся друг к другу, приходится лавировать, угадывать проход по примятому бурьяну.

Да, большинство могил содержится в порядке, но в целом территория выглядит бесхозной. Ясно, что без органов власти порядок здесь не навести. То, что налажены маршруты микроавтобусов, — отлично, но территорию необходимо огородить (к слову, это предусмотрено правилами), как необходим этому месту и администратор, который бы следил за порядком. Не столь уж сложно обеспечить кладбище водой, пусть бы даже она продавалась с машин — водовозок, ведь многие люди стараются украсить, облагородить это печальное место, садят деревья, цветы, которым в наше знойное лето без полива не выжить.

Многое зависит и от родственников усопших: чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят. Вдоль дорог через кладбище стоят редкие столбики с призывами не оставлять мусор, не жечь его на могилах, но все это остается гласом вопиющего в пустыне — метрах в 10 — 15 дымят костры.

Думается, что не все усопшие, чьи могилы заброшены, безродные. С большим трудом отыскала в высоченной сухой амброзии могилу коллеги — доброй трудолюбивой женщины, для которой главным было благополучие семьи сына, здоровье внуков, забота о правнучке. Как она радовалась, когда могла помочь им своими воистину золотыми руками! В августе исполнилось пять лет, как ее не стало. О том, что никто не навестил могилку даже в день ее кончины, и свидетельствует двухметровый сухой бурьян, который с таким трудом удалось срубить секатором... Неуважение к памяти близких не может не аукнуться. Порядок в местах захоронения усопших — показатель культуры живых. Очень точно сказал об этом поэт: это нужно не мертвым, это нужно живым.