так назвал Николая Замория Сергей Михалков

Об этом страшно думать, страшно говорить, страшно писать. Просто не верится, что ушел из жизни человек, с которым ты проработал бок о бок полтора десятилетия и полвека дружил...

Канула в вечность огромна я глыба мира, в котором мы знали друг друга как облупленные, в котором нам было интересно, комфортно, светло, где все было построено на искренности и доверии. Не стало известного, талантливого журналиста из Снигиревской районной газеты Николая Михайловича Замория. Придя в газету 50 лет назад, он оставался верен ей до конца жизни.

Получив приглашение в редакцию после десятилетки и нескольких месяцев работы на Снигиревском консервном заводе, где молодой парень занимался ремонтом тары, он заочно закончил факультет журналистики Киевского госуниверситета и никогда не подвергал сомнению правильность избранного пути. Он занимался творческим делом самозабвенно, мог сутками не слазить с редакционного мотоцикла, объезжая по заданию редакции села района в поисках материалов для репортажей, очерков, критических или аналитических статей. Причем сезон езды на этом мобильном транспортном средстве начинался у него в феврале — марте, а заканчивался в ноябре — декабре, когда иней покрывал уже руль и бензиновый бак. Это обстоятельство впоследствии негативно сказалось на его здоровье.

Но когда ты молод — все нипочем. В юности Николай увлекался поэзией, опубликовал немало вполне зрелых стихотворений. Когда был призван на срочную службу в армию и судьба забросила его в Венгрию, он сотрудничал с армейской газетой, посылал на ее усмотрение свои литературные пробы. Там в 1964 году и познакомился со стихами молодого армейского поэта соавтор слов Гимна СССР Сергей Михалков. Он написал предисловие к очередной подборке лирических произведений Николая Замория: «Мне довелось познакомиться с Вашими стихами и, честно скажу, я порадовался за Вас... Ваши первые опыты позволяют судить о Вас, как о человеке одаренном и имеющему отношение к поэзии. Вы чувствуете слово, видите образ, умеете «строить стих». Можно верить, что время и опыт откроют перед Вами новые горизонты».

Такая лестная оценка классика советской литературы могла вскружить голову любому молодому таланту. По-моему, ни один другой литератор Украины не мог и мечтать, чтобы Сергей Михалков снизошел до того, чтобы написать предисловие к его литературным трудам. А вот Николай Заморий удостоился такой чести. И было за что — его ранние стихи, написанные под впечатлением того, что он сам пережил и прочувствовал, действительно открывали перед начинающим автором заманчивую перспективу. Но затем будни районной газеты, необходимость ежедневно снабжать ее приземленной информацией, несколько поубавили интерес к поэтическому творчеству, о чем мы сегодня можем только сожалеть. Вся одаренность Николая Замория вылилась в описание более прозаических, информативных событий, без наличия которых, как рыбы без подкормки, не могут существовать любые газеты, тем более районные. А поэтическая душа Николая никуда от него не девалась, не стала немой музыкой, она, как радуга над степью, постоянно висела над ним, проявляясь в его неимоверно добром отношении к людям, с которыми его сводила судьба. Последнюю свою зиму Николай Михайлович был прикован болезнью к постели. Его жена Зоя Николаевна, сын Саша делали все возможное и невозможное, чтобы поставить мужа и отца на ноги. Когда на рождественские праздники я проведал Николая, он, чуть приподнявшись на локтях, тихо произнес: «Придет весна, потеплеет, попробую с Зоиной помощью встать, пройти к скамье возле дома, посидеть, побеседовать с соседями и знакомыми».

В начале марта наш общий с Колей друг и коллега по работе в Снигиревской районной газете известный публицист и писатель Виталий Карпенко попросил меня передать Заморию только что увидевшую свет его документально-художественную повесть «Уроки пройдених доріг», в которой немало места занимают воспоминания о незабываемых днях нашей журналистской юности. Когда я прочитал Коле дарственную надпись автора, он заплакал. Как мне показалось, в этот момент Коля на миг перенесся в то время, когда он был здоров, играл с коллегами в настольный теннис и футбол, азартно занимался рыбалкой, без передышки гонял на мотоцикле по пыльным полевым дорогам, помогал советом и делом ближнему и дальнему, просто встречному — каждому, кто в этом нуждался. А вот ему сейчас помочь никто не в состоянии — ни ближний, ни дальний, ни встречный.

25 марта Николая Михайловича сразил обширный инсульт, а 27 марта Снигиревка его хоронила. Ему было всего 67 лет. Проводить в последний путь истинного журналиста пришли сотни земляков. Люди оценили его высокие профессиональные и человеческие качества. А вот скамья у дома уже никогда не дождется, когда на нее присядет не совсем состоявшийся поэт, зато состоявшийся в полную силу журналист и человек — Николай Михайлович Заморий.