Референдум о независимости, о котором столько говорило приднестровское руководство, состоялся. Более того, он абсолютно оправдал надежды его инициаторов. На избирательные участки пришли 78,6% граждан. За поддержание курса на независимость Приднестровской Молдавской Республики и последующее свободное присоединение Приднестровья к Российской Федерации (именно так был сформулирован первый вопрос) проголосовало 97,1 %, против — 2,3 %. Против возможного отказа от независимости Приднестровской Молдавской Республики с последующим вхождением Приднестровья в состав Республики Молдова (формулировка второго вопроса) проголосовало 94, 6%, за — 3,4 %.
Впрочем, на фоне международной суеты вокруг приднестровского референдума впору задать вопрос – «А каковы реальные последствия этого референдума?». Да, народ Приднестровья в очередной раз подтвердил желание жить в независимом государстве, а вдобавок ко всему еще и присоединиться к России. Что из этого? США и Евросоюз уже заранее заявили, что не признают его результаты. Украина, да и, скорее всего, большинство бывших союзных республик тоже. Поскольку понимают – создание подобного прецедента может стать толчком к цепной реакции. Ведь практически у каждого есть своя «теплая» точка, свои национальные, племенные и прочие проблемы. Так что лучше с огнем не играть.
А что же Россия, на которую с надеждой взирает приднестровский народ? Вряд ли стоит ожидать, что она желает получить еще один субъект федерации. А вот реверансы в сторону Приднестровья будут. Будут и заявления политиков «второго эшелона» о поддержке стремления приднестровского народа жить так, как ему вздумается, будут и глубокомысленные заявления российских дипломатов о необходимости принимать во внимание народное волеизъявление. Будет конечно и материальная поддержка приднестровского режима.
Кстати, в Приднестровье референдум о независимости состоялся в 1990 году. О его правомочности и уж тем более о том, насколько свободным было это народное волеизъявление, говорить не будем. Примем как факт. Зачем же нужен был второй? Ответ очевиден — для того же внешнего эффекта. Это подтвердил и один из отцов-основателей ПМР экс-спикер приднестровского парламента Григорий Маракуца — «Для нашего народа, может, он и не был необходим, потому что наш народ высказался, определил свою судьбу и идет. Для внешнего мира, я думаю, что он нужен. Потому что Молдова, а с подачи Молдовы и официальные власти Украины, и множество других стран постоянно твердят, что все, что было, это незаконно, что были нарушены нормы международного права, проводила свои референдумы, и что сейчас народ Приднестровья желает жить в составе Молдовы, а только руководство не желает и не позволяет этому народу влиться в состав Молдовы без никаких условий. Вот мы и решили спросить наших людей.»
Референдум России выгоден, поскольку она получает на руки дополнительный козырь как на переговорах с Молдовой, так и на переговорах с другими мировыми игроками, втянутыми в разрешение приднестровского конфликта. Референдум выгоден и приднестровскому руководству, которое заинтересовано в затягивании переговоров об урегулировании конфликта. Ведь чем дольше продолжается напряжение, тем больше шансов удержаться у власти. Конечно, было бы преувеличением считать, что под Президентом ПМР Игорем Смирновым уже качается кресло. Нет, он, скорее всего, спокойно вновь победит на выборах, которые состоятся в этом году. Но его закат не за горами. Смирновский режим может держаться только в условиях «осажденного лагеря», постоянной конфронтации с Молдовой.
Впрочем, поговорим об Украине. Введя в марте новые таможенные правила на приднестровском участке украинско-молдавской границы (по приднестровской терминологии «присоединившись к блокаде Приднестровья) наша страна стала нести серьезные потери. Речь идет даже не о политическом влиянии. Оно не было велико ни в Приднестровье, ни в Молдове. Об этом как-то в предыдущие годы не позаботились.
Просто ради весьма абстрактных геополитических целей, вроде поддержки союзника по ГУАМ, Украина перестала заботиться о собственных национальных интересах. Взамен на введение новых таможенных правил мы не получили ни одной экономической преференции ни одной уступки со стороны союзника. Отказалась ли Молдова от строительства нефтетерминала в Джурджулештах? Передала ли Украине семь километров автотрассы Рени-Одесса в районе Паланки? Установила ли льготные тарифы для транзита украинских грузов через территорию Молдовы после прекращения движения поездов по приднестровскому участку Молдавской железной дороги? Нет и нет. Зато и «Укрзализныця» и многострадальный Ренийский порт несут убытки.
Аккурат незадолго до референдума возник конфликт между «Укрзализныцей» и Молдавской железной дорогой. Украина прекратила грузовое и железнодорожное сообщение через Молдову, формально по причине неисправности железнодорожного моста через реку Днестр на участке Могилев-Подольский – Вэлчинец. Итогом конфликта, получившего название «железнодорожный кризис», стало соглашение, по которому движение грузовых поездов на приднестровском участке возобновилось. Вот он – пример отстаивания национальных интересов. И урок одновременно.
Скорее всего, приднестровский референдум станет сигналом к открытию нового сезона в «мыльной опере» под названием «приднестровское урегулирование». И этот сезон вряд ли закончится браком между Молдовой и Приднестровьем. Главным героям предстоит еще долгая дорога. А раз так, то Украине надо постараться сделать все возможное, чтобы хотя бы вернуть себе позиции до марта нынешнего года.
