Практически одновременно появились сразу две инициативы по борьбе с пиратством. Одна – просто инициатива, другая – материальная инициатива.

Про материальную российские СМИ умолчали, потому что в ней нет России. Это трастовый фонд для реализации сразу 5 проектов. 4 направлены на усиление правоохранительных институтов на Сейшелах и в автономной провинции Пунтленд, Сомали, 1 — на усиление роли местных СМИ в борьбе с пиратством. Усиление институтов — это расширение и модернизация тюрем и строительство новых, подготовка специализирующихся на пиратстве следователей, судей и полицейских. На все про все 2.1 миллиона долларов. В фонд с правом голосования входят Джибути, Египет, Франция, Германия, Греция, Кения, Маршалловы острова, Норвегия, Сомали и США. Еще три члена права голоса не имеют – это Международная морская организация IMO, Отдел по борьбе с наркотиками и преступностью при ООН и какая-то национальная команда ООН по Сомали.

Очень интересны проекты в отношении Пунтленд. На Сейшелах вроде есть власть и общество, то есть деньги хотя бы частично будут расходованы на то, на что их предназначают. В Пунтленд, как известно, находятся одни из главных пиратских баз. Власти Пунтленд как известно, имеют с пиратства свою немалую долю. И теперь значит, они еще заимеют, с другого, так сказать, конца? Оригинально, свежо, ново и необычно.

Перейдем к другой инициативе, предложенной РФ резолюции по пиратству. Главный упор делается как в этой резолюции, так и в инициативе уголовного преследования вообще на «обеспокоенность случаями освобождения властями европейских стран уже пойманных у берегов Сомали морских преступников».

Это передергивание. Многих ловят непосредственно во время нападения на судно, то есть на месте преступления? Немногих. Десятки.

Неужели из проблемы наказания десятков надо устраивать шум на весь мир и требовать создания фондов, трибуналов и мест отбытия наказания? Еще раз обращаю внимание на передергивание при освещении этой проблемы. Валят в кучу пойманных на месте преступления и задержанных по подозрению. Разница в цифрах огромна.

Возьмите вы себе спокойно, без инициатив и «последовательных выступлений за поиск долгосрочных решений», скиньтесь да организуйте на Сейшелах или в Йемене, или в Кении, необходимые для того учреждения, управляемые не местными чиновниками, а чем-то вроде Интерпола.

Что это вообще значит-«долгосрочное решение»? Пиратство в Сомали — это навсегда? А завтра придет к власти Аль-Шабаб, да и по своим причинам прикроет пиратство, и куда ваши инициативы девать?

Вам хочется что-то сделать? Организуйте фонд помощи морякам, фонд выкупа попавших в плен судов. Объединитесь на деле, а не на ваших словах про взвешенность и сотрудничество, от которых тошнит, как от ваших портретов в СМИ, и покончите с пиратством в Сомали. Не знаю, правильно ли цитируют СМИ Чуркина, но вот цитируют следующее – «Россия внесла проект резолюции в СБ ООН в начале апреля. Тогда постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин сообщил, что главной проблемой борьбы с пиратством является отсутствие четкого юридического механизма привлечения их к ответственности».

В конечном счете, такие вот инициативы потворствуют пиратству, ведь чем больше средств и времени вкладывается в какое-то дело, тем нежелательнее его прикрывать. Борьба с сомалийским пиратством с целью его искоренения — это и борьба с «неотвратимостью наказания», потому что некого будет наказывать. Сознательно или нет, но те, кто будет создавать эту «неотвратимую систему», вряд ли пожелают сомалийскому пиратству исчезнуть быстро и навсегда, по крайней мере им успеть бы переварить выделенные средства и найти новые места работы.