В дни, когда отмечается полувековой юбилей первого полета человека в космос, особенно приятно отметить, какой вклад внесли в развитие ракетно-космической техники люди, имеющие прямое отношение к нашему городу.

Главный конструктор Сергей Королев в 1922-1924 годах учился в Одесской стройпрофшколе, находившейся на улице Старопортофранковской.

Валентин Глушко, конструктор двигателей космических кораблей, учился в 1919-1924 годах в другой стройпрофшколе, в Лютеранском переулке.

В отряде первых космонавтов был одессит Александр Скворцов, друживший с Юрием Гагариным.

Космонавтами стали Георгий Добровольский и Георгий Шонин.

О них уже много рассказано, а вот о выпускнике университета имени Мечникова Николае Герасюте, который после полета Юрия Гагарина получил звание Героя Социалистического Труда, стало известно относительно недавно. Между тем именно он считается «создателем украинской научно-технической школы теории полета ракет».

Николай Герасюта родился 18 декабря 1919 года в Александрии (ныне Кировоградская область) в крестьянской семье. После окончания школы в 1936 году он поступил в Одесский университет на физико-математический факультет, где имел возможность учиться у таких ученых и педагогов, как М. Г. Крейн, Д. А. Крыжановский, Н. А. Чайковский, Е. Х. Гохман, М. Н. Бобынин и другие. Государственные экзамены пятикурскник Н. Герасюта успел сдать еще в мирное время, а вот дипломный проект пришлось защищать 26 июня 1941 года. И уже на следующий день, едва получив на руки диплом специалиста в области математики, он отправился в военкомат. Оттуда был направлен в Днепропетровск, где в Чичеринских казармах располагался учебный центр. Тогда еще рядовой Н. Герасюта и помыслить не мог, что именно с этим городом будет связана его судьба. Но до той поры должно было пройти еще добрый десяток лет, а пока приходилось, увы, отступать — вплоть до Сталинграда, где младший лейтенант Н. Герасюта воевал в качестве командира саперного отделения.

Вот что он вспоминал о том времени: «Сталинградское сражение началось для меня еще до того, как немцы прорвались к Волге. Летом сорок второго мы строили мощные минные заграждения на южных подходах к городу. Ямки для мин рыли... топорами: земля в тех местах, как камень. Мины — деревянные ящики с 8-10 кг аммонита. Их ставили через каждый метр в четыре ряда по 300-400 штук в день. Мы, саперы, и «заряжали» эти ящики проволочными детонаторами. Самые страшные минуты — когда где-то в поле раздается хлопок и в воздух вздымаются облака и клочья ваты: саперы прятались от жары и пыли в ватники. После такого посидишь, покуришь, а как уймется дрожь в руках, снова за работу. Благодаря минным полям в этом районе удалось сохранить переправу для снабжения осажденного Сталинграда».

Боевой путь нашего героя можно проследить по наградам: медаль «За оборону Сталинграда», медаль «За отвагу» (получена за форсирование Днепра, после которого он стал седым в 24 года), медаль «За освобождение Варшавы», наконец, орден Красной Звезды и медаль «За взятие Берлина». Но едва закончились бои, командование вспомнило о базовом образовании выпускника Одесского университета. Его откомандировали в распоряжение института «Нордхаузен», которым руководил мало в ту пору известный Сергей Королев. Там советские исследователи занимались изучением документации на немецкую ракету ФАУ-2.

«Хорошая математическая подготовка, полученная в университете, и природные способности выдвинули Н. Ф. Герасюту в число ведущих специалистов в институте «Нордхаузен», — говорится в статье о нем. — Его научно-технические отчеты отличались четкостью постановки задач, строгостью математических подходов к их решению и практическими выводами». И это при том, что капитан Н. Герасюта после окончания университета ни единого дня не работал по специальности. Что ж, неплохо, видимо, учили на старом мехмате!

После окончания срока пребывания в институте «Нордхаузен» Н. Ф. Герасюта был направлен во вновь организованное ОКБ-1 под руководством С. П. Королева, где он участвовал в создании первой советской ракеты Р-1. Здесь же Н. Герасюта закончил заочную аспирантуру и защитил диссертацию по устойчивости движения ракет. А вскоре жизнь новоиспеченного кандидата наук коренным образом меняется. Для серийного производства первых советских ракет было решено перепрофилировать Днепропетровский автомобильный завод. Новое предприятие получило название «Завод № 586». Так начинался всемирно известный ныне «Южмаш», о котором в советские времена шутили, что это «маленький такой заводик, на первых трех этажах которого делают сковородки, а на девяти подземных — ракеты». Существует легенда, будто Сергей Королев своей рукой вычеркнул фамилию Н. Герасюты из списков сотрудников нового предприятия, настолько он ценил его способности, но все-таки будущему Генеральному конструктору пришлось смириться с потерей столь полезного работника.

В Днепропетровске, куда он попал в 1851 году, Н. Герасюта возглавил сектор баллистики. Королевцы считали сперва это подразделение излишним: ведь они разрабатывали всю баллистическую документацию. Но оказалось, что серийное производство требует множества уточнений, новых подходов, чем и занимался сектор Н. Герасюты. Вскоре 34-летнего ученого назначили начальником проектного отдела заводского конструкторского бюро (КБ). Под его непосредственным руководством рождается первая собственная разработка КБ — ракета 8А63. В основе этого проекта лежала созданная в КБ С. Королева ракета Р-5, но днепропетровское «изделие» превзошло прототип: если Р-5 имела дальность полета 1200 км, то 8А63 — 1600 км. Проект, в разработке которого Н. Герасюта принимал самое активное участие, получил высокую оценку военных и был положен в основу создания ракеты Р-12, на базе которой были созданы в СССР ракетные войска стратегического назначения. Эти разработки велись уже в созданном 10 апреля 1954 года «Особом конструкторском бюро № 586». Так началась совместная работа Н. Герасюты с выдающимся конструктором Михаилом Кузьмичом Янгелем, а ракета Р-12 стала первенцем нового КБ, названного впоследствии «Южное». За участие в создании этого «изделия» Николай Федорович был награжден в 1959 году орденом Ленина, а два года спустя, после полета Ю. Гагарина, удостоен звания Героя Социалистического Труда.

В эти же годы велась работа по созданию ракеты Р-14 и первой советской межконтинентальной ракеты Р-16. Возникшие в процессе разработки этих ракет научно-технические проблемы были обобщены Н. Ф. Герасютой в докторской диссертации.

Конструкторов М. К. Янгеля и Н. Ф. Герасюту особенно сблизила катастрофа, случившася в 1960 году на полигоне во время ракетных испытаний. Там страшный взрыв унес жизни сотен людей, включая маршала В. Неделина. М. Янгель и Н. Герасюта, будучи заядлыми курильщиками, буквально за пару минут до взрыва спустились покурить в бункер. Это спасло им жизнь...

Осенью 1962 года Н. Герасюта был назначен заместителем Главного конструктора КБ «Южное». В его подчинении находился комплекс отделов по баллистике, динамике, системе управления, вычислительной технике и т.п. Понимая важность научной поддержки развития ракетно-космической техники, М. Янгель поручает доктору технических наук Н. Герасюте организовать в Днепропетровске подразделение АН УССР по проблемным вопросам ракетостроения. Так родился сектор проблем технической механики АН УССР, на базе которого возник затем Институт технической механики АН УССР, который в настоящее время является головным научным учреждением Национального Космического Агентства Украины.

Профессор А. Красовский вспоминал, что «еще при жизни Н. Ф. Герасюта стал легендой, так как с необычайной легкостью умел решать сложнейшие научные задачи, выдвигаемые новыми техническими решениями. Николай Федорович часто использовал свой фронтовой опыт: полностью отдавал решение самых сложных задач персонально отдельному специалисту, не опекал и верил, что данный специалист «не подорвется на мине». Практически все старшее поколение работников КБ в той или иной степени испытывали благотворное влияние могучей личности и таланта Н. Ф. Герасюты».

Общими усилиями рождаются новые и новые «изделия», многие из которых до сих пор становились лучшими в своем роде. А Н. Герасюта получает новые награды и звания. В 1967 году его избирают членом-корреспондентом Академии наук УССР, и тогда же он получает Государственную премию СССР за создание ракет Р-36 (8К67). А в 1972 году за создание космического комплекса «Циклон-2» (11К69) становится лауреатом Ленинской премии. Дважды его награждают орденом Ленина (1959, 1961), а также орденом Октябрьской революции (1982).

Николай Федорович прекрасно понимал, как важен в науке постоянный приток молодых кадров. Потому, несмотря на колоссальную загруженность, он преподавал на физико-техническом факультете Днепропетровского госуниверситета, причем стремился, чтобы учебные и научные планы факультета были максимально приближены к деятельности структурных подразделений КБ «Южное».

Дочь Н. Ф. Герасюты, Галина, рассказывает о таком эпизоде: «Однажды мне пришлось сдавать отцу экзамен. Я так волновалась, что не спала всю ночь, хотя готовилась очень серьезно: зная отцовский характер, понимала, что никакой поблажки мне не будет. Наконец, наступил «судный день». Отец собрал всех девушек (а нас-то было всего семь на весь поток) и 10 самых толковых юношей и три с лишним часа вел спокойную, почти задушевную беседу на самые разные темы, касающиеся его предмета. Мы все тогда получили «пятерки». Впрочем, не понять его предмет было просто невозможно: отец был харизматичным лидером и умел увлечь своими рассказами и идеями кого угодно».

Воспитанники Н. Ф. Герасюты достойно проявили себя в фактически созданной им украинской научно-технической школе по теории полета ракет. Результаты деятельности этой школы нашли выражение в создании четырех поколений боевых баллистических ракет дальнего действия, среди которых непревзойденные до настоящего времени по своим тактико-техническим характеристикам ракеты Р-36М2 (по американской классификации Satane Mod) и подвижный железнодорожный комплекс на базе ракеты 15Ж61 (по американской классификации Scalpel Mod), а также космический ракетоноситель «Зенит» и серия космических аппаратов «Космос».

Такая напряженная работа, плюс болезни — следствие полученной на фронте жестокой простуды — не могли не сказаться на здоровье ученого. Его сердце остановилось ранним утром 10 апреля 1987 года; по злой иронии судьбы именно в этот день КБ «Южное» исполнилось 33 года...

Показательная деталь: из 20 типов ракет, находящихся в настоящее время на вооружении российской армии, 12 спроектированы в Днепропетровском КБ «Южное» и сделаны на «Южмаше». Поэтому нетрудно понять, почему имя одного из создателей нашего ракетостроения столь долгое время было строго засекречено. Широко же заговорили о нем лишь в последние годы — сперва, естественно, в Днепропетровске, а затем и в Одессе, когда в начале 2005 года в фойе центрального корпуса ОНУ им. Мечникова открыли мемориальную доску в честь выдающегося ученого. Теперь стены первого нашего университета — в прямом смысле слова — хранят память об одном из самых ярких его выпускников.