Сейчас, насколько мы в курсе, проводится аудит 5-летней творческой деятельности предыдущей городской администрации. В принципе, на наш дилетантский взгляд, такой аудит должен проходить минимум раз в год, но устава города, который это дело регламентирует, как не было, так и нет — это видимо тоже одна из причин его непринятия. Впрочем, нынешние власти обвинять в этом пока рано.

Общественные деньги у нас в городе имеют свойство улетучиваться без следа, просачиваться через пальцы чиновников, словно вода сквозь песок. Вот о песке в контексте злоупотреблений прежнего режима мы и хотим написать пару строк.

Речь, как видимо жители нашего морского города уже догадались, пойдёт о песке, намытом на пляжи Одессы голландской компанией. Произошло это осенью 2007-го, и мы ещё в процессе намывки выражали опасения по поводу наших напрасно пропавших денег и природы («Клондайк на одесском берегу», «ВЧ» № 305). Что касается природы, то менее чем через год эта голландская «Ван Оорд» заплатила 250 тысяч гривен в качестве компенсации за ущерб экологии Черного моря. Были засыпаны те участки пирсов и волнорезов, где обитали моллюски и другие морские животные, при этом значительно сократились популяции живущих на камнях моллюсков, бычков и других донных рыб, чему одесские рыбаки-любители были несказанно рады. Деньги эти, понятно, не пошли на конкретные цели — восстановление морской флоры и фауны, а растворились в бюджете города. Да и что эти несчастные четверть миллиона, когда город заплатил до этого голландцам за их самоотверженный труд 42 миллиона гривен (при тогдашнем курсе доллара всего около, пяти). «Откат», точнее, приливная волна в карманы чиновников была, видимо, сравнима по масштабам с японским цунами.

Ладно, говорили, природа погибла, зато оползней не будет. Ведь намываемый серый грязный песок внешне весьма напоминал цементный.

Песок, натурально, штормы вскоре смыли в море, и берега вновь стали осыпаться (см. сделанное на пляже «Дельфин» фото). Ведь никаких берегоукрепительных работ, кроме как возведения на берегу высоток, при прежних городских властях не проводилось.

Пусть наши(!) деньги и исчезли без следа, но концы, полагаем, ещё не все обрезаны. Пусть и ушли в воду. И думаем, соответствующей комиссии не составит(при желании) труда эти концы найти— ведь рукописи,как известно, не горят. Даже документов. Лишь когда рука руку моет, они растворяются без остатка.