или Прогулки «ватник» по «фашистской» Одессе

Если вы давно смотрите телевизор или читаете интернет-сайты, то вы уже наверняка заметили одну интересную деталь. Какие бы серьезные и даже трагические события не происходили в России, российские СМИ все равно больше внимания уделяют проблемам Украины. Именно эта тенденция породила десятки интернет-шуток на тему «Ну чо там у хохлов?». А новосибирский художник Константин Еременко вообще решил этот вопрос сделать главным в рамках своего нового необычного проекта. Преодолев более четырех с половиной тысяч километров, Еременко приехал из Сибири в Украину, чтобы своими глазами оценить происходящее в соседней стране. Своими наблюдениями он регулярно делится в Фейсбуке, иронично называя себя «ватником». В числе городов, которые Константин решил посетить, была и Одесса. Мы воспользовались случаем и во время одной из его прогулок по Одессе пообщались с гостем.

«Оккупацию» Украины я начал 25 апреля. В Киеве я планировал провести один день, но застрял на четыре. Одесса — это второй город, в который я приехал. Здесь для меня самое главное – пообщаться с артистами из комик-труппы «Маски-шоу». Дальше постараюсь попасть на Запад Украины, а потом — на Восток, в освобожденные города. Хочу «услышать голос Донбасса» и посмотреть, ностальгируют ли там люди по «русскому миру».

Я хочу здесь найти ответ на три вопроса. Как украинцы видят перспективы развития своей страны? Как отразился Майдан на развитии искусства? Будет ли ненависть к нам, когда война закончится? Я уже общался с вашими солдатами. Мне кажется, у вас всех шок: вы не можете понять, почему россияне встали против вас. У нас в этом смысле диссонанса нет. Россиянам все понятно — вы фашисты, вы враги страны.

В России действительно верят в распятого мальчика и в то, что у вас здесь за русский язык убивают. А я приехал посмотреть своими глазами, без призмы вашей и нашей пропаганды. Когда я готовился к поездке и пытался занять денег, знакомые на мои просьбы отвечали: «Мы в трупы не вкладываем». Даже я перед поездкой боялся. Но сейчас в Украине я чувствую себя более свободным и в большей безопасности, чем в России.

Понял, что у вас здесь никто не волнуется на тему языка. Все говорят так, как хотят. Я своим знакомым об этом рассказываю — не верят. Говорят: «Ну уж во Львове точно проблемы будут». Ну, хорошо, я попробую проверить, поеду.

Мне постоянно задают вопрос: какая сторона победит? А я не хочу, чтобы вообще кто-то победил. Я бы хотел, чтобы скорее все закончилось. Вашим радикалам нужно остановиться, а нам, россиянам, набраться смелости и покаяться, попросить у вас прощения за эту ненависть. Только жаль, что так много людей погибло. Но я не знаю, что с этим делать.

С утра я был на «Привозе». Купил мидии, сало, дунайскую селедку, а вот «донбасских младенцев» не нашел. Не купил. Александр Постоленко из «Масок» обещал меня накормить рапанами, но я даже не знаю, что это такое. Для нас, сибиряков, это как в Юго-Восточной Азии тараканов поесть. Буду пробовать.

Вы тут песню постоянно поете: «Путин х…ло!». Как вы достали с этим! Тоже мне, нашли новость!

Россия – это страна одного человека. Был Сталин, теперь — Путин.

Говорят, что в России на стороне власти – 86% населения. Это заниженная цифра. 146% — это как минимум. На самом деле их – абсолютное большинство. Но это результат не столько пропаганды, сколько моды. Не знаю, как здесь, а у нас в конце 1980-х все девочки хотели стать проститутками, а мальчики — бандитами. Потом все стали капиталистами. Сейчас новая мода — православие. Но думаю, мода скоро опять поменяется: те, кто ходит с «колорадскими» флагами, будут носить желто-голубые ленточки. Появится мода «любить Украину». Только легче вам от этого не станет: что любовь россиян, что их ненависть — хрен редьки не слаще…

В Новосибирске никогда не было «ленинопада». Но там все памятники перекрасили в желто-голубой цвет. Все те, кто это сделал, уже сидят в тюрьме.

Я видел всего одного человека в Киеве со значком Правого сектора, и то это был я сам. Но публиковать фото значка в Фейсбуке я не стал, потому что в России меня за это могут посадить.

Я не боюсь возвращаться домой. Я — в панике! Но если меня все же посадят, то в течение нескольких лет у меня хотя бы будет бесплатное трехразовое питание.