В 2014 году среди моих знакомых появилось немало людей с ограниченными физическими возможностями, именуемых в обиходе колясочниками, – переселенцев из Донецкой и Луганской областей. Поначалу волонтеры во многом им помогали, ведь они приехали в санатории Одессы и области, как им говорили, на 21 день, подальше от обстрелов. Конечно, тогда у них не было многого из необходимого. Сейчас – иначе. Они обжились, выправили документы для получения пенсий и медицинского обслуживания, некоторые трудоустроились и стараются выстроить жизнь заново.

…Рабочий день, суета, я куда-то спешу. Навстречу в коляске по тротуару, заполненному людьми, катит знакомая.

– Привет! Как дела? Ты куда? – встреча неожиданная и приятная.

– Рубли мне надо купить, – отвечает со смехом.

Я в легком замешательстве. Какие рубли? Зачем? Наташа, она из Донецка, объясняет мне, что ей надо ехать на лечение в «пятнашку». Замучилась с незаживающей раной бороться.

«Пятнашкой» называют 15-ю Донецкую областную больницу восстановительного лечения. Существует она еще с советских времен. Тогда это был очень крупный и едва ли не единственный центр реабилитации и лечения больных с последствиями позвоночно-спинальной травмы и нарушением функций спинного мозга. Как говорят, врачи там не только лечили, но и учили жить по-новому: передвигаться в коляске, не быть беспомощными.

Моя знакомая уверена, что там помогут. Но лечение для нее будет платным, оплата – в рублях. Договорились, что по ее возвращении мы встретимся и она расскажет о своем путешествии в Донецк.

Наташа вернулась в Одессу из «ДыРы» – так между собой называют переселенцы оккупированную часть Донецкой области. Рану действительно вылечили. Многие тамошние врачи ей знакомы с прежних времен. Работают, лечат раненых «ополченцев» несуществующей республики. Как считают оставшиеся там медики, им все равно, кого лечить, – они давали клятву Гиппократа. Я знаю одну медсестру, которая не стала работать в «пятнашке» при оккупантах, выехала в Одессу. То ли сложно было добираться на работу через несколько блокпостов (жила медсестра в пригороде Донецка), то ли еще по каким причинам… Сейчас она помогает в Одессе людям с инвалидностью.

Сегодня нравы в «пятнашке» очень демократические. В коридоре отделения можно курить (не в палате же, в самом деле). А если ситуация уж совсем стрессовая для «ополченцев», то и барышень определенных можно пригласить, для улучшения психологического климата.

Официальная оплата, как уже говорилось, – в рублях. Неофициально с удовольствием принимают гривни. На будущее, видимо.

Вспомнился мне почему-то роман Б. Пастернака «Доктор Живаго». Дворник Маркел, потом – товарищ Маркел. И опустившийся Живаго. А был ведь хороший доктор.