Комитет Верховной Рады попытался сделать важный шаг на пути освобождения отечественной системы здравоохранения от самого страшного зла последних лет – и.о. министра Ульяны Супрун. Формулировка была выбрана самая безобидная – за срыв поставок лекарств. Во всем цивилизованном мире, представителем которого так старательно пытается позиционировать себя Супрун, если бы страна хоть на полгода осталась без вакцин, сывороток, химиопрепаратов для лечения онкобольных, а у нас подобное продолжается на протяжении нескольких лет, министр здравоохранения подал бы в отставку сам либо был бы изгнан с позором. Так работают механизмы сдержек и противовесов, призванные ограждать общество от потенциально опасных лидеров.

Но у нас все иначе.

К формулировке, указанной в выводах профильного комитета Верховной Рады, я бы добавила еще два решения Минздрава, которые угрожают национальной безопасности: намерение отказаться от флюорографии как эффективного метода ранней диагностики рака легких и сокращение до опасного минимума объема медицинской информации, которой будет располагать школьный медперсонал.

Ульяна Супрун пред­лагает вместо флюо­рографии применять опрос пациента семейным врачом. В том случае, если есть проблемы, о которых добровольно заявит пациент, врач может предложить ему сдать анализ мокроты на наличие палочки Коха – возбудителя туберкулеза.

Узнав о подобных планах, честно говоря, потеряла дар речи. Я с трудом представляю себе, чтобы кто-то добровольно признался, что у него может быть туберкулез. В наших нынешних условиях полного бесправия наемных работников люди до последнего стараются скрыть проблемы со здоровьем. И отказ от флюорографии лишь усугубит ситуацию, когда область находится в плену мультирезистентного, то есть не реагирующего на специфическую терапию, туберкулеза.

Обидно. Ведь еще в советское время туберкулез был уже побежден. Старейший фтизиатр области, кандидат медицинских наук Леонид Авербух рассказывал мне, что раньше сложно было найти пациента, больного туберкулезом, чтобы показать его студентам-медикам. Во многом помогали этому массовые рентген-обследования. Леонид Григорьевич и сегодня говорит: дайте мне один район области на 3 года, и туберкулеза там не будет. Но явно не эта задача ставится Минздравом, и опытного специалиста никто даже слушать не собирается.

Что касается сокращения мединформации о детях, то это мина замедленного и страшного разрушительного действия. По данным западных экспертов, истоки проблем здоровья детей, особенно в подростковом возрасте, надо искать в детстве мамы и папы, в течении маминой беременности, особенностях течения родов. Игнорируя все это, Ульяна Супрун оставляет школьных медиков даже без элементарной информации, позволяющей в экстремальных ситуациях принять единственно правильное решение, способное спасти ребенку жизнь.

В украинском языке есть очень точное слово – «меншовартість». Анализируя происходящее в медицине, мне кажется, что мы живем с этим постоянным ощущением себя людьми второго сорта, которым обязательно надо ориентироваться на какую-то заокеанскую тетю. Долларовую миллионершу, между прочим. По официальным данным, только на счетах в UBS Financial Services Inc (США) у нее с мужем-пенсионером размещено $3 652 164 долларов. Так что альтруизм и бескорыстное стремление помочь бедной Украине с ее стороны – это формулировка для очень мало понимающих людей. Деньжат по-легкому срубить приехала к нам Ульяна Супрун. Доколе еще разрешать будем? Вот в чем вопрос…