Сидя в маршрутке, наблюдала такую сцену: парень лет 20, лавируя в потоке притормаживающих или останавливающихся авто, просил у водителей денег. Хотя, слово «просил», в той ситуации, о которой пойдет речь, будет неточным. За рулем старенькой иномарки, сидела девушка, приблизительно того же возраста, что и молодой человек. Она увлеченно разговаривала по телефону. Но профессионально просящего «вспоможения» это не остановило. Он упорно стучал в закрытое стекло автомобиля и требовал помочь. Девушка не реагировала, и когда стоявший поток машин начал движение, просящий раздраженно стукнул по стеклу уже отъезжающего автомобиля.

Кстати сказать, в этом потоке я заметила и автомобиль дорожно-патрульной службы, но просящий и полицейские друг друга, так сказать, проигнорировали.

Мелькающие на дорогах «инвалиды», «одинокие мамы с грудными младенцами на руках», бойкие старушки, резво выпрыгивающие перед тормозящими на светофорах крутыми и не очень автомобилями, обычно массово появляются с приходом весны. Так и хочется сказать: «Грачи прилетели». Давно известно, что этот «бизнес» находится под контролем криминальных структур, а снующие в потоках машин нищие, чаще всего их подневольные работники. Сколько занято народу в Одессе в индустрии профессионального попрошайничества, не знает, наверное, никто, да и цифра постоянно меняется. Самое страшное, что для такого рода «деятельности» нередко используют малолетних детей и даже младенцев. Прошлым летом в районе перекрестка улиц Пушкинской и Большой Арнаутской часто видела женщину ромской национальности с малолетним ребенком на руках, которая, как и молодой человек, чуть ли не цеплялась за автомобили, с требованием «подать милостыню». Как считают волонтеры, пытавшиеся вникнуть в эту проблему, жизнь таких детей, в основном, заканчивается быстро и трагически. Живут они в среднем три-четыре месяца. Для того, чтоб дети постоянно спали и не мешали «работать», их «накачивают» специальными препаратами или алкоголем. Когда ребенок умирает, берут нового, используя старое свидетельство о рождении.

Кстати, от помощи, которую люди предлагают просящим (например, помочь им обратиться в какие-то общественные социальные организации) они категорически отказываются. Одни — бояться своих хозяев, другим – подходит такой образ жизни.

На мой взгляд, бизнес, основанный на мошенничестве и использующий чувство сострадания и жалости, перестанет давать доход его владельцам тогда, когда люди прекратят своими деньгами его подпитывать. Что касается эксплуатации детей – это работа Службы по делам детей, которая обязана отбирать малышей у таких «мамаш» с помощью той же полиции, которая почему-то не замечает или делает вид, что не замечает профессиональных попрошаек на городских дорогах.