Сразу же, выйдя из подъезда, столкнулась я с «агитацией». Но — самого высшего толка. Из тех, что ставят перед фактом: «Если не мы, то кто? Даже при самом, на наш, избирателей, взгляд, лучшем президенте страны».

Во дворе жильцы облагораживали пространство: кто-то огораживал островки зеленой зоны, чтобы неповадно было ее рушить, прежде всего — заезжим машинам, кто-то красил уже готовую «загородку от нахалов», кто-то белил цепочку камней вокруг высаженных цветов, кто-то обкапывал деревья... А скоро появится здесь самодельный «Кошкин дом» — постарался сын нашего председателя ОСМД Виктории.

Шагаю дальше. На углу ул. Академика Филатова взгляд поражает огромный билборд, с нехилой высоты призывающий, образно говоря, показать «им» кузькину мать. «Агитация» или что?! «Просто призыв не валять дурака, а идти и голосовать, иначе проголосуют вместо тебя», — успокаивает мою «бдительность» интеллигентного вида солидный мужчина.

В трамвае-«десятке» тоже никто о выборах ни слова. На сиденье за моей спиной мужской голос возмущается: «В конце Варненской строят пять домов в двадцать четыре этажа каждый. И — ни одной школы, детсада. Зеленой зоны — какой-то десяток метров. А ведь это целый городок, по десять квартир на каждом этаже. Строят так, что ни «скорой», ни пожарной не подъехать».

Старательно трудятся на «предвыборном» субботнике в родном дворе Татьяна Овсянникова и Сергей ХарькавыйСтарательно трудятся на «предвыборном» субботнике в родном дворе Татьяна Овсянникова и Сергей Харькавый

Жаль, собеседники вскоре вышли. А я бы напомнила им еще о том, что и сами жильцы, не задумываясь о последствиях, блокируют подъезды к домам: то «шлагбаумы» строят, то заборы, то огромные камни-валуны ставят. Несколько дней назад сообщили о подобном безобразии на ул. Александра Невского, 39/3. Никакие взывания к совести и здравому разуму не действуют, остается жильцам соседних домов заявление в полицию писать. Вывод один: пока мы не научимся уважать права друг друга, так и будем жить — в распрях, без радости.

Опять же в трамвае. Долетает концовка оптимистического разговора пассажиров: «... наладится потихоньку. Весь мир так живет». Это они о кредитах, что ли? Нет уж, увольте. Особенно в условиях нашего «дикого капитализма».

В Горсаду, как всегда, уютно и хочется присесть на лавочку. Чем и пользуются вовсю одесситы и гости. Подставляя незагорелые лица под солнышко. А еще фотографируются на «золотом» стуле и в обнимку с Утесовым.

...Посреди пустого зала «Пассажа» креативит кучка молодежи. Щелкают фотоаппаратами, позируют в противосолнечных очках — словом, готовят рекламу. Искусство по части умения продать в Одессе не умирает никогда, ни при каких властях... Рядом, у магазинчика, на манекене — симпатичнейшее женское полупальто. Ого! Цена — более двух тысяч. Улыбчивая продавец предлагает купить хотя бы берет. Ну хотя бы примерить. «Шопинг очень поднимает настроение», — убеждает.

Подняла настроение ярмарка на Греческой площади. Чего тут только не было! Из еды, конечно. Прямо-таки гоголевских ярмарок размах. И искушают тебя не только одесские умельцы-кулинары. Но и сумские, тернопольские, львовские, киевские... Настроение несколько потускнело от цен: к примеру, вареник с брынзой, приготовленный «на пару» (что-то вроде мячика диаметром от силы 8 — 10 см) — 30 грн. Огорчил «Одесский рыбный корпус» (так значилось над прилавком)... Специалисты-рыбоводы страны давно бьют тревогу: мало рыбы производится на каждого жителя. А море, другие водоемы, где рыбка растет в естественных условиях, мы не бережем — загрязняем, нет рыбе продыху. Утешаю себя: может, рыбу раскупили до моего прихода. А сейчас можно купить кулек зажаренных рыбок величиной с гвоздик. Кажется, за 25 грн.

А вот и новинка. «Четвертый одесский хлебозавод» предлагает на пробу новую продукцию, она еще разрабатывается, говорят. Хлебы: спельтовый, цельнозерновой, гречневый, кукурузный. Понравился больше всего цельнозерновой (38% муки цельнозернового помола). «А сколько, по-вашему, эти хлебы должны стоить, чтобы их раскупали?» — интересуются экспоненты из отдела продаж хлебозавода. Пускаюсь в «дипломатию»: «Ну хотя бы гривен десять». На лицах экспонентов читаю: «Не менее пятнадцати — двадцати».

«Вы бы лучше «старый» хлеб готовили так, чтобы он не зацветал уже на второй-третий день», — ворчит, не останавливаясь у хлебных новинок, дородная одесситка. И хлебопекари, как бы в оправдание, начинают объяснять правила правильного хранения хлеба в домашних условиях. «Я, например, хлеб в холодильнике держу», — делится кто-то опытом. «Не люблю из холодильника», — возражают другие. — «Почему-то, когда бабушка дома хлеб печет, так он и не цветет, и не черствеет тут же». Ну, и так далее.

В Одессе и подискутировать каждый не прочь. А между тем, перекрывая музыку (куда ж без нее ярмарке?), зычный мужской голос извещает: «Юморина начинается здесь, на Греческой площади! Она начинается с вас!»

Вот такой был День тишины.