Собрание картин немецкого художника Герхарда Кранера, экспонируемое в Литературном музее и открытое в конце прошлой недели, названо автором так: «Штудии», — что подразумевает в этих, по преимуществу нефигуративных, композициях преобладание рационального, интеллектуального начала.

ПРИВНЕСЕНИЕ в живописные композиции момента «рацио», в конечном счете, литературного, несмотря на то, что картины абстрактны, объясняется, скорее всего, интересом их автора к театру: он не только живописец, но и сценограф, и режиссер. Кранер создал в 1974 году (он — 1942 года рождения) «Акционстеатр» и был его художественным руководителем; почти 30 лет руководил объединением любительских театров земли Баден-Вюртемберг. За это время подружился с полупрофессиональными театральными коллективами в Одессе.

Не оставляет Герхард Кранер без внимания и детскую сцену. Так, 17 марта нынешнего года в Геппингене состоялась премьера спектакля-сказки для детей «Маленькая ведьма» (в наших переводах — «Маленькая Баба-Яга»). Кранер оформил этот спектакль, а костюмы для сценической сказки создала одесская художница Наталья Рябова.

Картинам художника присуще драматическое напряжение, манера выдает сильный темперамент. Абстрактные композиции исполнены размашисто, а предметные — гротескны, и гротеск этот мрачноват. Абстракции строятся на беспокойном ритме спутанных волнистых линий и ударах насыщенных цветовых пятен. В предметных же действуют некие монструозные, инфернальные сущности.

Впрочем, это ведь лишь серия картин, объединенных общей идеей; возможно, у художника есть работы и в совершенно иной манере, и на другую тему. В данном же случае — «штудии»: что берется исследовать живописец?

Названия картин говорят об этом. Здесь присутствуют вот такие «опыты»: «о людях», «о шторме», «о море»; «о мужчине»; «об акте любви» (автора занимает духовный аспект); «о человеке»; «о войне»; «о женщине»; «о распятии».

Есть и такой специальный цикл — «о насилии», ритмы которого, что уж тут скрывать, действительно агрессивны. На то она и штудия...

Когда дело идет о таком искусстве, как абстракция, то встреча со зрителем, эмоциональный контакт, вовлечение в раздумья могут состояться, а могут и не случиться. Тут всегда художник рискует. Зритель должен попасться такой, который с ним, с художником, на одной волне. Но готовность к риску — признак творческой честности. И, разумеется, дело идет о высоком профессионализме. Так что посетите выставку в Литмузее и делайте свои выводы...