В селе Котловина Ренийского района – конфликтная ситуация. Участок за селом вдоль скромной речки Безымянки, со времен дедов-прадедов служивший общественным пастбищем, распаеван. Распаеван, потому что других земель запаса близ села не осталось, а несколько граждан подали заявления на свои 2 гектара, гарантированные отечественным законодательством. Получив их, решили распахать и засеять.

Когда трактор с плугом пошел по «целине», владелец частной кошары Дмитрий Драгнев бросился под колеса:

- Я с детства на этих лугах пас овец! – был возмущен потомственный владелец частной кошары. – И отцы наши здесь пасли овец, и деды. Как можно уничтожать общественные пастбища?!

Трактор остановился, но конфликт остался.

Рассматривая проблему сохранения общественных пастбищ, мы имели честь познакомиться с Александром Драгневым – младшим в династии овцеводов Драгневых.

После успешного окончания Одесского экономического университета дипломированный специалист не остался в большом городе, а вернулся в родную Котловину.

- Я принял решение вернуться домой и продолжить династию еще на втором курсе университета, — рассказывает Александр. – Тогда была суровая зима 2011-2012 годов. Отец не успел запасти на стойловый период достаточно кормов, и животные от голода и холода начали падать. На моих глазах погибла третья часть стада. Это были сотни овец… Именно тогда для себя я твердо решил: я буду заниматься овцеводством, но не по-старинке, а очень серьезно и основательно.

Итак, молодой экономист убедил отца в том, что всю прибыль надо направлять в модернизацию кошары. Купили трактор, рулонный пресс, фронтальный погрузчик. Улучшили условия для содержания животных.

Составив калькуляцию текущих затрат, молодой хозяин призадумался: рентабельность производства вышла у него с минусом 25%.

- Это, конечно, если привлекать рабочие руки со стороны. Но мы с отцом в основном работаем сами с утра до ночи, как говорится, за троих.

В свои 26 лет Александр постиг многие секреты животноводства, от рождения ягнят – до разделки туши, что тоже требует знаний и навыков. Побывав на Всеукраинском семинаре стригалей овец, он получил соответствующий сертификат.

- Я могу постричь за один день 100-120 овец, — рассказывает молодой человек с университетским образованием. – И оказываю эти услуги по всей Украине – я ездил в Тернопольскую, Херсонскую, Харьковскую области, на севере Одесчины. Для меня это были не заработки – хотелось посмотреть, как люди в разных регионах Украины занимаются овцеводством. Я проехал 800 километров от Одессы в Тернопольскую область, чтобы изучить опыт гуцулов в Прикарпатье. Чабаны мне рассказали, что раньше на полонинах было очень много овец, но старых пастухов уже не стало, а молодые гуцулы пасут овец в… Польше. Потому что там хорошо платят. А в украинских Карпатах от овцеводства мало что осталось…

Увидев своими глазами обстановку в стране, молодой человек пришел к выводу, что ни в одном регионе так не любят овцу как у нас, на Одесчине. Здесь, особенно в Бессарабских степях, сохранились традиции, династии, прекрасная адаптированная к степному климату Цигайская порода, которая не уступает аналогичным породам Европы. Александр Драгнев возил своих овец даже на Международную агропромышленную выставку «Agroexpo-2018», и животные из Котловины произвели большое впечатление.

Сегодня семья Драгневых поставляет ягнятину и баранину оптом на один из рынков Киева – это мясо там очень ценится. Туда же, а также в несколько Одесских ресторанов, уходит овечья брынза — семья производит в год более 3 тонн этого замечательного продукта!

Нашел Александр и возможность сбывать шерсть – ее берет перекупщик из Турции.

- Когда я оказываю услуги по стрижке овец, беру за работу не деньгами, а шерстью, — рассказывает Александр. – Фермеры очень довольны: не надо за услугу отдавать «живые» деньги, а потом еще искать на шерсть покупателя. К сожалению, в Украине проводится только первичная обработка овечьей шерсти. Полуфабрикат забирают Турция и Китай. И уже с их этикетками дорогостоящая шерстяная продукция расходится по всему миру. А ведь, по сути, это наша, украинская шерсть… Знаете, как гражданину, как производителю, очень обидно.

К чему стремится молодой специалист? Он хочет, чтобы в перспективе частная кошара получила статус племрепродуктора по производству ягнят Цигайской породы. Да, это потребует немалых затрат, но повысит качество животноводства в регионе.

- Мы не просим помощи у государства, — говорит Драгнев-старший. — Просим только одного — не мешать работать. А именно не распахивать общественные пастбища. Потому что это для овцы – смерть.

И действительно, в селах на юге Одес­чины давно исчезли колхозные свинофермы. Нет больше и молочнотоварных ферм – небольшое количество бычков и коров содержится большей частью на личных подворьях. Вся надежда на овец: как наиболее неприхотливые в содержании, они еще выжили и кормят сельчан и горожан. Можем ли все мы представить свои будни без брынзы, а праздники – без каурмы из ягнятины?!.

Потомственные крестьяне Драгневы не хотят, чтобы вопрос о пастбище вдоль речки Безымянки дошел до суда – негоже односельчанам ссориться. Они надеются, что государственные мужи поймут значимость общественных пастбищ и сохранят их. И это проблема не только Котловины, но и многих других сел, где не осталось земель запаса.

А если пастбища продолжат распаевывать?..

- Если у себя дома я не смогу заниматься своим любимым делом – овцеводством, то буду вынужден — как молодые гуцулы Закарпатья — уехать за границу и заниматься овцеводством там, — сказал на это Александр. – Но я хочу жить в родной Котловине и трудиться на земле своих отцов.