В издательстве Ирины Гудым вышла замечательная книга нашего выдающегося земляка — почетного доктора педагогических наук НАПН Украины, профессора психологии, зарубежного члена Российской академии образования, а еще, как оказалось, уникального исторического беллетриста, мастера психологической новеллы. Книга Ильи Старикова «Таинства истории» — действительно литературное событие, о чем уже успел поведать николаевцам ее самый первый рецензент Семен Тупайло, давно и внимательно следящий за творчеством успешного земляка, коллеги и друга. Но автор первой рецензии в «Южной правде», что закономерно, раскрыл далеко не все тайны писательского успеха ученого-психолога. И дело тут — не в примеривании лекал книги Яна Парандовского «Психология творчества» к собственно творчеству психолога И. Старикова. Впрочем, по порядку.

Многостраничный том прозы нашего автора симметрично делится на два раздела. Часть 1 — «Таинства истории», часть 2 — «Рассказы и миниатюры последних лет». И предпослано изданию глубокое по содержанию предисловие «Слово о книге и ее авторе» Владимира Чайки — многолетнего мэра Николаева, кандидата технических наук, и Михаила Гольденберга — председателя Общества еврейской культуры Николаевской области. Такое солидное «введение» в науку «старикововедения» вовсе не лишнее, особенно в наше время, когда Интернет и, собственно, сетевая литература переключила, скажем так, и взоры студентов Ильи Моисеевича из «Сухомлинки» или «Славянки» от бумажной книги к книге виртуальной. И дело тут не только в психологии читателя: его зачарованно-очарованный взор и кинематограф с компьютерной графикой отвлекают (ну хотя бы «Гладиатор» с Расселом Кроу в главной роли или кинофильмы «Турецкий гамбит» vs «Статский советник» — российские шедевры жанра, снятые по романам Б. Акунина (Г. Чхартишвили).

Но, тем не менее, за И. Стариковым — литературная традиция. Как любил говорить Юрий Тынянов, «там, где кончается документ, начинаю я». Но если автор «Кюхли», «Подпоручика Киже», «Восковой персоны» или «Смерти Вазир-Мухтара» действительно начинал «от» и переходил к своей трактовке истории с ее ярчайшими персонами, царями Петром І и Павлом І, А.С. Грибоедовым и А.С. Пушкиным, декабристом Вильгельмом Кюхельбеккером и др., то исторического писателя Илью Старикова я скорее причислил бы к продолжателю классической европейской исторической прозы — вспомните хотя бы Проспера Мериме, введшего в заблуждение самого Пушкина своими «Песнями западных славян», или Гюстава Флобера с его исторической мистификацией «Саламбо». А гений жанра Леон Фейтвангер с его «Лже-Нероном»? А Генрих Манн? Арнольд и особенно — Стефан Цвейг с его «Звездными часами человечества»? Вот у С. Цвейга всего одна ночь делает скромного пехотного капитана Руже де Лиля равным самому Наполеону Бонапарту І, хотя он всего-навсего написал текст песни для батальона марсельских стрельцов, а в Пантеон уже попал как автор бессмертной «Марсельезы»...

В «Таинствах истории» (не «тайнах» — заметьте!) всецело поглощают внимание читателя масштабы героев его новелл. Вот «Ночной выезд Иосифа Сталина». Предпосланный ему эпиграф из интервью еженедельнику «Бульвар» (ныне — «Бульвар Гордона») дочери «кремлевского горца» (О. Мандельштам) Светланы Алилуевой-Питерс не совсем убеждает: в своей памяти престарелая дочь вождя держит, хранит отголоски возможного события — «По ночам он (Сталин. — Д.К.) стал ездить на Новодевичье кладбище, как рассказывал охранник (подчеркнуто мной. — Д.К.).

Писатель И. Стариков нисколько не сомневается в правдивости этой кладбищенской ностальгии властелина полумира, — нет, его больше волнует психология старика, оплакивающего свою погибшую любовь, хотя исполинский масштаб И. Сталина высвечивается в его отношениях с другими историческими фигурами действительно героического времени — Рузвельтом, Черчиллем. Их встречи, особенно в Ялте, исполнены пророческого звучания и значения. И здесь его преследуют глаза Нади, которую он беззаветно и жестоко, любимый ее, любил. Однако эти путешествия и горечь их все равно уступают место чувству гордости за великую страну, которую он создал. А тайна выстрела так и остается тайной — и для Сталина, и для читателя, понимающего, что в тайне — таинство.

Лично я не воспринимаю как данность истории придуманные, для скандала созданные. Как, например, «Голубое сало» — роман современного российского писателя Владимира Сорокина. В этом фантасмагорическом романе Н. Хрущев едет на ближнюю дачу к И. Сталину, чтобы заняться с ним... вы думаете, государственными делами? Нет, сексом! А вы можете себе это представить, читатель? И я не могу. Но так же я не могу себе представить и то, что изображено в новелле И. Старикова «Последний час жизни Адольфа Гитлера». Хотя здесь и нет «голубизны», но сомнителен и половой акт брачующихся фюрера и фотомодели, Адольфа Гитлера и Евы Браун. Однако, есть правда исторического факта и правда художественного факта. То есть — истинного вымысла. Но это — право автора. Как и в случае с историями иных исторических личностей.

Безусловно, в первую очередь интересны те находки исторического, а не бытописателя И. Старикова, которые так или иначе связаны с Николаевом — и в этом дискурсе мы не будем разочарованы. Ведь и роман знаменитого некогда Валентина Пикуля «Фаворит» о светлейшем князе Г.А. Потемкине, и его же новелла о Поле Джонсе — пирате на службе Ее Величества Екатерины ІІ — тоже о Николаеве, который и родился благодаря победе русского войска и запорожцев под Очаковом как раз в эти дни — 19 декабря 1788 года, в День св. Николая Чудотворца.

Но вряд ли имеет смысл перечислять весь список героев этой уникальной книги — тут Альберт Эйнштейн и Лев Троцкий (тоже учился в Николаеве, отсюда ушел в борьбу за светлое будущее), Антон Макаренко и Степан Макаров, педагог и адмирал, Анна Ахматова и Владимир Маяковский, Лев Толстой и Антон Чехов, Иван Франко и Павло Тычина, другие выдающиеся люди. А сколько нового мы узнали о трагической участи Магды Дуккарт, соратницы легендарного советского разведчика В.А. Лягина (Корнева, Кена), о В.А. Васляеве — незабываемом первом секретаре обкома КПУ, оставившем яркий след в памяти земляков. И мало здесь интровертных судеб — разухабисто веселых, без трагического конца.

На этом фоне рассказы и миниатюры, вошедшие в книгу «Таинства истории», чаруют изяществом стиля, необыкновенным ракурсом на ту или иную страницу жизни, сокровищницу чувств. И впрямь удивляешься такому тонкому, выдающемуся, бесконечно человечному таланту И. Старикова. А каков язык! Так и думаешь, что В.И. Даль, которого я не нашел у Старикова, не зря уезжал из Николаева, а чтобы за пределами Новороссии — в истинной России собрать свой «Толковый словарь живого великорусского языка» (украинская лексика стала основой «Словаря...» Бориса Гринченко), но это в пределах освоения нового, это мы еще встретим в новых книгах И. Старикова.

Спасибо ему за книгу. Спасибо — за талант.