Толпа на летном поле

В конце нынешнего лета на бывшем одесском аэродроме ДОСААФ «Гидропорт» прошел так называемый «Первый фестиваль малой авиации» — своеобразное авиашоу с показательными полетами легкомоторных самолетов, прилетевших из разных городов страны, прыжками парашютистов, демонстрацией авиатехники и так далее. Сразу скажу, что, в общем и целом, это мероприятие, организованное аэроклубом «Одесса», который возглавляет известный в Одессе авиационный деятель Константин Оборин, лично мне очень даже понравилось. Было достаточно интересно и познавательно, причем людям всех возрастов — пожилым авиаторам выпал отличный повод пообщаться, посмотреть на новую технику и вспомнить авиационную молодость, граждане среднего возраста убедились, что в Украине еще «хоть что-то летает», ну, а юное поколение вообще с восторгом воспринимало все, что происходило на летном поле. Большим положительным моментом стал также тот факт, что вышеназванное мероприятие прошло без всяких ЧП и трагедий, к сожалению, весьма нередких на подобного рода авиашоу. Хотя данный факт (на этом хвалебная часть моего материала заканчивается) можно, скорее всего, считать большим чудом и редким везением, чем закономерным итогом. Так как теоретических предпосылок к серьезным авиационным происшествиям на «Первом фестивале малой авиации» было, к сожалению, хоть пруд пруди....

Начну с того, что на действующее летное поле аэродрома мог пройти (заплатив 20 гривен «благотворительного взноса») любой желающий, в том числе и дети. В результате, в течение многих часов в опасной близости от рулящих и запускающих двигатели самолетов бродили толпы людей, включая детей, оставленных без присмотра родителей. И хотя организаторы фестиваля регулярно пытались «выгнать» с опасной территории любопытных граждан с помощью объявлений по радио, толку от этого было мало. Точнее — никакого.

А чем можно объяснить троекратное пикирование прямо на трибуны, заполненные зрителями, с выводом на высоте всего 30-50 метров, опытного самолета «Дельфин» предприятия «Одесавиаремсервис»?! А ведь этот самолет еще лишь находится в стадии летных испытаний (совершил всего несколько десятков полетов) и, насколько мне известно, не имеет сертификата летной годности! И значит, неизвестно, что с ним может (могло) случиться в любой момент.

А чем была вызвана необходимость взлета вертолета «Робинсон» «над головами» прогуливающихся неподалеку людей и его опасный пролет на высоте всего 3-5 метров, опять же, совсем рядом с трибунами?

Детей могло выбросить за борт самолета...

Однако апофеозом творившегося на аэродроме «Гидропорт» .«авиационного бардака» стал иной случай....

В самый разгар авиационного праздника слышу объявление диктора по радио, что на самолете АН-2, принадлежащем аэроклубу «Одесса» любой желающий может совершить 10-15-минутный полет. (За немалые, естественно, деньги). Я когда-то летал на этом ветеране советской авиации, поэтому решил «тряхнуть стариной» и ощутить уже полузабытое чувство полета, пусть даже пассажиром. Садимся в самолет. Привязных ремней на расположенных вдоль бортов железных лавках нет — самолет предназначен не для пассажирских полетов, а для выброски парашютистов. Ладно, не привыкать. Народу в самолете больше, чем посадочных мест — нарушение, но... тоже ладно. Взлетаем, набираем высоту. В кабине экипажа крутится маленькая девочка, лет шести, которая потом бесцеремонно забирается на руки второму пилоту. Грубейшее нарушение, но и это, как говорится, пусть. Но дальше начинается такое...

Вместе с нами летит некий гражданин, работник вышеупомянутого аэроклуба — то ли авиатехник, то ли представитель славной когорты парашютистов. Мне он показался не совсем адекватным, возможно даже выпившим, хотя категорично утверждать сей факт не буду. Странный гражданин явно заигрывает с сидящими напротив меня молоденькими девушками. И после того, как мы поднимаемся на высоту 300 метров, он, видимо, чтобы показать свою смелость и привлечь внимание юных девиц...неожиданно открывает входную дверь самолета! Нет, слава Богу, не настежь, а наполовину, прижимая ее своим телом от набегающего потока воздуха. Тем не менее, если бы в этот момент самолет швырнуло с крыла на крыло (а сильная болтанка на АН-2 — дело вполне обычное), бравый гражданин вполне мог не устоять на ногах, и дверь непременно распахнулась бы настежь. После чего воздушный поток вместе с болтанкой «вытряхнул» бы за борт непристегнутых пассажиров, сидящих неподалеку от выхода из самолета. Но и без этого, на расстоянии всего 30-50 сантиметров от открытой двери сидит молодая девушка, которая от ужаса и страха становится зеленой...

Чтобы не случилась бела в будущем

Немного придя в себя, показываю смелому донжуану кулак, а потом — скрещенные в виде решетки пальцы. Тот понимает, закрывает дверь. После посадки подхожу к экипажу, уже немолодым летчикам, представляюсь, и говорю — мол, что у вас здесь творится, ребята, вы что — обалдели так рисковать жизнью людей?! Ответная реакция более чем странная: в словах пилотов звучит откровенное раздражение, даже злость, мол,

что ты, товарищ, нервничаешь, все же обошлось благополучно! Это обстоятельство удивило и разозлило меня больше всего. Ведь и дураку понятно — сейчас обошлось, завтра обошлось, а послезавтра может случиться большая и страшная беда. Очень жаль, что авиационные специалисты аэроклуба «Одесса», равно как их руководство, не понимают этой прописной истины.

Кстати, все происходящее в воздухе снимали на фотоаппарат и видеокамеру двое других взрослых участников вышеупомянутых «авиационных покатушек». Так что доказательства всему вышесказанному, включая свидетельские показания, у меня имеются. И при желании, я вполне мог бы подать в суд на руководство аэроклуба «Одесса» за то, что они, точнее, находящиеся в их в подчинении сотрудники, поставили мою жизнь на грань смертельной опасности. Но я этого делать не буду. Меня, как бывшего авиатора, в большей степени, волнует иная проблема. А именно — чтобы деятельность аэроклуба «Одесса», рано или поздно не привела к трагедии. (Ведь каждая авиакатастрофа отбрасывает нашу авиацию назад — вспомните, хотя бы Скниловскую трагедию, после которой в Украине были надолго запрещены всякие авиашоу). Тем более, что руководитель данной организации Константин Оборин не является профессиональным летчиком. Он парашютист.

В силу вышесказанного у меня большая просьба к сотрудникам отдела авиационной безопасности Госавиаслужбы Украины — взять под особый надзор практическую авиационную деятельность аэроклуба «Одесса». Кстати, одновременно хотелось бы знать — каким образом государственные структуры осуществляли контроль безопасности проведения «Первого фестиваля малой авиации» в Одессе? Уж не путем ли поглощения шашлыков и различного вида «горючей смеси» далеко от места проведения авиашоу, как шептали злые языки?

Кстати, коль уже у нас зашел разговор об аэроклубе «Одесса».... Будучи не так давно в Николаеве, я услышал от тамошних авиаторов весьма примечательную историю. О том, как то ли в этом, то ли в прошлом году, на самолете АН-2, вышеназванного аэроклуба, из Одессы в Николаев, на место проведения украино-американских учений «Си-бриз», якобы были переброшены (за наличный расчет) 12 иностранных журналистов. «Криминальный фокус» (на уровне государственного преступления) этого полета заключался в том, что проводился он совершенно незаконно, без разрешения каких-либо государственных структур. Так как никакого официального разрешения украинской стороны на посещение территории проведения данных учений у «пронатовских» журналистов не было. Хотелось бы знать, уважаемый Константин Оборин, это — правда, или-таки нет?..