Одесситы, как и жители других городов Украины, поддержали начавшуюся 25 ноября международную акцию «16 дней против насилия».

Правоохранители и общественность города обеспокоены тем, что случаи насилия в семьях не являются редкостью. На пресс-конференции, прошедшей в Главном управлении МВД Украины в Одесской области, были озвучены цифры. Сегодня в Одессе на учете в органах внутренних дел города находятся 3380 граждан, склонных к насилию в семье. Из них 1850 человек, которым случалось поднимать руку на свою вторую половину, поставлены на учет в текущем году. Участковыми инспекторами милиции за подобного рода правонарушения привлечены к административной ответственности 2226 человек. Восемьдесят граждан подвергнуты домашнему аресту. Гораздо больше «домашних» хулиганов подвергли штрафам.

Начальник сектора участковых инспекторов подполковник милиции Вячеслав Ташматов говорил о законодательных коллизиях, не всегда соответствующих требованиям дня. Что являет собой так называемая «неблагополучная семья»? Как правило, это неработающий муж, имеющий пристрастие к употреблению спиртного, и жена, готовая терпеть любые невзгоды. А также несчастные дети. По словам Вячеслава Ташматова, до десяти процентов выездов правоохранителей, связанных с семейными выяснениями отношений, заканчиваются ничем. Пострадавшая сторона, а почти во всех случаях это бывает женщина, нередко отказывается от обвинений в адрес нерадивого мужа-мучителя. В такой ситуации милиционеры вынуждены уезжать восвояси – для того чтобы повлиять на ситуацию, у них нет оснований. Проблема серьезнее, чем это может показаться на первый взгляд – в текущем году на почве семейных конфликтов в нашем городе совершено 24 тяжких преступления.

Нуждаются в усовершенствовании и законодательная база, и сложившаяся практика. Если дело о правонарушениях в связи с семейными конфликтами доходит до суда, то наиболее частым решением местной Фемиды является штраф. И кто же при штрафе страдает? Не пьяница-муж – это точно. Наказанию подвергают семью. Очевидно, деньги для штрафа реальнее изъять не у безработного тунеядца, а у работающей жены. Что касается более эффективной санкции, такой, как административный арест, то суды в нашем городе прибегали к ней всего лишь в 7,5% случаев, связанных с насилием в семье. Да и полномочия правоохранителей в подобных ситуациях ограниченны. Максимум их возможностей – задержать правонарушителя на три часа и доставить его в суд. А семейные деспоты? В конечном счете они могут быть подвергнуты не самому суровому наказанию – ведь административный арест не может длиться более 15 суток.

Майор милиции Александр Лысый, начальник городского отдела криминальной милиции по делам детей, говорил о том, что дети наиболее уязвимы в случае домашнего насилия. Они не в состоянии оказать сопротивление взрослым. В Одессе за совершение насилия в семье в органах внутренних дел находятся на учете 178 неблагополучных семей, в которых проживают 328 несовершеннолетних. За ненадлежащее выполнение обязанностей по воспитанию, обучению детей, а также за отсутствие условий для их проживания к административной ответственности привлечены 1116 родителей.

В обсуждении участвовали также председатель общественного движения «Вера, Надежда, Любовь» Татьяна Семикоп и Наталия Капустинская, которую делегировал на встречу Одесский городской центр социальных служб для семьи, детей и молодежи. Они рассказали о результатах работы и о том, какие новшества ожидают тех, кто нуждается в их помощи. Среди принципиальных нововведений – открытие информационно-консультационных и реабилитационных центров для тех, кто пострадал в семейных конфликтах. Координацию усилий могут взять на себя городские власти, прежде всего, в лице управления молодежной и семейной политики и службы по делам детей Одесского городского совета.

Участники пресс-конференции были единодушны в том, что решить проблему насилия в семье можно исключительно методом комплексного подхода. Под «комплексным подходом» следует понимать общие, скоординированные усилия тех, кто может способствовать решению проблемы. К ним можно отнести и городские власти, и правоохранительные органы, и общественные структуры, и социальные службы. В эту «обойму» следует включить и педагогов, и психологов, и медицинских работников. Почему, например, участковый врач, пришедший по вызову в связи с болезнью ребенка и обнаруживший ситуацию вроде недоедания юного гражданина или плохих условий его содержания, не должен информировать правоохранителей или социальные службы о вопиющем положении ребенка?