Сотрудник МРЭО мог ослепнуть. Врачи обещают ему «новое лицо», жена говорит: ЧП — из-за работы

В Донецком ожоговом центре спасают 52-летнего жителя Белгорода-Днестровского, ветерана ГАИ и действующего сотрудника МРЭО Николая Граматика, в которого плеснули кислотой.

Жуткое ЧП произошло еще три недели назад, но об этом стало известно только сейчас. «Нападение случилось вечером, когда пострадавший вместе с супругой возвращались домой, — рассказал нам сотрудник пресс-службы облУВД Андрей Крыжановский. — Он ставил машину в гараж, а неизвестный плеснул в лицо кислотой и убежал, его жена в это время уже вошла в дом (находится на окраине города. — Авт.), но услышала крики и сразу вернулась».

Жена Николая Граматика — Татьяна — все время находится в больнице рядом с мужем. Говорит, его лицо после операции полностью перебинтовано. «Он ничего не видит. Но я очень рада, что операция, наконец, прошла, ведь раньше окулисты запрещали хирургическое вмешательство — оно могло дать осложнение на глаза», — всхлипывает женщина.

По словам врачей, больше всего пострадали лицо и кисти пациента (поражение кожи 3—4 степени), а если бы не теплая куртка, то химические ожоги были бы по всему телу. Но наибольшие опасения медиков вызывало то, что пациент мог ослепнуть. Благо зрение докторам удалось спасти. Врачи уверяют, что процесс заживления ран у Граматика протекает успешно благодаря своевременному лечению — мужчине пересадили на лицо собственную кожу, взятую с других участков тела. «Через пару недель у него будет новое лицо. Все будет нормально», — подчеркнул «Сегодня» руководитель Донецкого ожогового центра Эмиль Фисталь.

Как сообщил нам глава пресс-службы облУВД Владимир Шаблиенко, злоумышленника, облившего гаишника кислотой, пока не нашли: «Уголовное производство возбуждено по ч. 4 ст. 296 УК (хулиганство)». А вот мотивы преступления пока неизвестны. «И я, и муж теряемся в догадках, кто это мог сделать, — признается Татьяна. — Он работал в МРЭО, последние два года вообще гражданским был, должность не руководящая — ведущий специалист. Живем скромно, бизнеса нет, кредитов не брали. Да и семья у нас крепкая, дочка уже взрослая, отдельно живет». И все же Татьяна склоняется к мысли, что ЧП связано с работой супруга. «Других вариантов нет, — отмечает женщина. — Для меня самое главное, чтобы муж выздоровел... Но как будем жить дальше?.. Как он на работу выйдет? Не знаю...»