Личное голосование позволит сохранить парламент как одну из последних площадок политической конкуренции в Украине, считает журналист Виталий Портников.

Возможно, уже сама картина неработающей Верховной Рады убедит еврокомиссара по вопросам расширения и европейской политике соседства Штефана Фюле, приехавшего в четверг в украинскую столицу, что говорить о европейских перспективах страны, в которой власть уничтожает парламентаризм и топчется по законодательству, — иллюзия. От которой следует отказаться, чтобы не испортить собственную репутацию и репутацию самого Европейского Союза.

Единственный выход, который остался европейцам, это поддержать тех, кто пытается демократию в Украине сохранить, — оппозицию, гражданское общество, журналистов. Но приближается момент, когда сами контакты с украинской властью становятся обременительными для тех, кто не хочет пачкать руки. Так, кстати, в свое время происходило с Беларусью. Сегодня Минск на международной арене ограничивается лишь общением чиновников низшего уровня с представителями специально уполномоченных стран, например, той же Литвы, куда накануне саммита Украина—ЕС вызвали Виктора Януковича, чтобы объяснить ему в очередной раз истинное положение дел.

Не знаю, что понял Янукович из высказываний своей литовской коллеги Дали Грибаускайте, и хотел ли он что-то понять. Но главный вывод, который он должен был сделать, — европейские претензии явно мешают той самой стабильности, которую он пытается выстроить в Украине во имя собственного блага.

Да-да, именно стабильности! То, что выстраивают в Украине Янукович с компанией, — это именно стабильный режим, которому мешает все живое. Вначале трудно было понять, что именно регионалы вкладывают в это емкое слово. Припоминаю, что именно о стабильности говорил со мной лидер фракции Партии регионов Александр Ефремов в ответ на замечания о незаконности формирования азаровского правительства и «регионального» большинства еще в предыдущем парламенте: разве не понимаю я, что после раздрая последнего времени необходимо несколько лет стабильности для проведения реформ?

Я не понимал. Для меня стабильность — это достижение консенсуса при отсутствии легитимного большинства, формирование кабинета специалистов для проведения непопулярных реформ, договоренности противоборствующих политических сил ради блага страны.

Для регионалов, как можно понять из событий последних лет, стабильность — это отсутствие политики, проще говоря, диктатура, когда все управляется из единого центра. И необходимо признать, что Янукович в создании этой «стабильности» преуспел: администрация, правительство, прокуратура, суды, даже СМИ — в одном кулаке.

После недавних парламентских выборов мешает только Верховная Рада. Казалось бы, регионалам удалось выполнить программу-минимум и сколотить новое агрессивно-послушное большинство в союзе с вечно проституирующими приверженцами передового учения. Но вот незадача — для достижения необходимого результата надо все время на работу ходить. За что боролись? И как в сложившихся условиях обеспечить требуемый результат безусловного подчинения парламента указаниям с Банковой?

Мне кажется совершенно очевидным, что все разговоры о том, какая система для голосования лучше, а какая хуже, внедрять ли уже существующую сенсорную «Раду-3» или работать над новой, — обычное наперсточничество, попытка доказать: пока что для персонального голосования нет соответствующих условий. А потому пока что «поработаем так», с помощью «региональных пианистов».

Конечно, могут возразить, что оппозиция и раньше работала «так» — и ничего, а тут вдруг разволновалась. Но «раньше» — это в эпоху, когда законодательная власть в Украине не оставалась последним островком, еще не залитым мутными водами авторитаризма, а была местом согласования интересов.

И смею надеяться, что оппозиционеры наконец-то поняли, насколько ошибочным был подобный подход к политике как к «интересу» и насколько губительным он в конечном счете оказался для них самих — и для страны. К тому же новые политические силы, пришедшие в парламент вместе с оппозиционными ветеранами, свободны от подобных претензий и прекрасно понимают: сегодня сдадут Раду, завтра — страну.

И тогда, наконец-то, настанет самая настоящая стабильность. Белорусская.