Так и шквал, накрывший Одессу в последнюю ночь весны, был внезапен, несмотря на штормовое предупреждение Гидрометеоцентра. Хотя бы потому, что подобные предупреждения поступают не реже одного раза в неделю и не сбываются никогда. Ещё и потому, что человечество не научилось останавливать ураганы, потому как невозможно и бесполезно расставлять вентиляторы, отгоняющие бурю.

Возможным было только одно: выдержать удар стихии и в кратчайшие сроки устранить его последствия.

Небывалый природный удар, равного которому не помнят одесситы, нанёс городу урон, сравнимый с внезапной бомбардировкой. Один человек погиб, 38 были ранены. В считанные минуты был парализован транспорт. Вышли из строя линии электропередач, было нарушено газоснабжение города. Пострадали сотни жилых и административных зданий. Более тысячи деревьев рухнули, перекрывая своими стволами дороги и тротуары, проламывая ветвями крыши, выламывая корнями инженерные сети, превращая в металлолом автомобили одесситов.

И важно, что в этих условиях город не растерялся. Что беда, пришедшая с моря, произвела на одесситов мобилизующий эффект. Уже в первые часы после трагедии были приняты меры по оказанию помощи пострадавшим, а мэр Алексей Костусев, изучая масштабы разрушений, лично объезжал город, погружённый во тьму.

С первыми лучами солнца коммунальные службы приступили к разбору завалов и устранению аварий. Экстренное заседание исполнительного комитета было коротким: руководители департаментов городского совета, заместители городского головы и сам мэр отправились на улицы, чтобы собственным примером, опытом и просто руками возрождать город из хаоса. Коммунальные службы оказались не одиноки в своей борьбе. На помощь пришли армия и милиция. Десятки предприятий и общественных организаций выступили с предложениями о помощи техникой и рабочими. Практически круглосуточно под руководством созданного штаба продолжались работы по восстановлению жизнедеятельности города. Бригады, вооружённые тяжёлой техникой, метр за метром очищали широкие магистрали и тихие межквартальные проезды, освобождая от рухнувших деревьев и опор электропередач здания и транспорт. Сменные экипажи едва успевали поспать несколько часов и вновь брались за рычаги управления подъёмными кранами и вышками. За ними шли бригады, измельчающие обломки деревьев бензопилами, а по пятам двигались специалисты, восстанавливающие инженерные сети и линии электроснабжения.

И среди этого отлаженного движения то и дело мелькали высшие руководители города во главе с Алексеем Костусевым, превратившим свой служебный автомобиль в кабинет городского головы. Решая на ходу проблемы обеспечения работ техникой, горючим и расходными материалами, а в промежутках подменяющий рабочих на погрузке или распилке стволов деревьев мэр успевал пояснять жителям заблокированных и обесточенных домов смысл работ и сроки их выполнения.

Как на всякой войне, на этой войне со стихией нашлись, увы, и дезертиры, и мародёры. Общая беда выявила политиков, способных в трудную минуту ограничиться выступлениями с критикой темпов и качества проводимых работ. Возможно, именно это занятие не позволило им самим принять участие в общем деле. Ну а говорить о людях, ворующих под покровом ночи обесточенные контактные провода, совсем уже не хочется. Важно, что и этих дезертиров от политики, и мародёров от криминала, оказалось ничтожно мало. И возрождённая в три дня Одесса запомнит не их.