Вопрос жизни. Препарат, который вдруг стал дефицитным, в аптеках продают по 1711 грн вместо 200

Лекарства продают по 1711 грн вместо 200 грн

Из аптек исчезли препараты с меркаптопурином, без которого тяжелобольные люди обречены на мучительную смерть. «Сегодня» удалось выяснить: партия с препаратом уже третий месяц стоит на одной из отечественных таможен — в страну его не пускают — нет лицензии.

В семье 60-летней Людмилы Петровны Морозюк стряслось несчастье: два года назад ее 40-летней дочери Светлане поставили страшный диагноз: лимфобластный лейкоз крови. Лечение дорогое, но семья как-то тянула, но недавно случилось непредвиденное: из одесских аптек напрочь пропал спасительный препарат. «Сама я живу во Фрунзовке под Одессой. Перебои начались еще в мае, но нас успокаивали, так мол в это время всегда бывает, потом снабжение восстановится. Мы на всякий случай, запаслись парочкой коробочек, но уже последняя подходит к концу, а никто ничего определенного по этому поводу сказать не может. А ведь, в нем нуждаются тысячи людей. Видели бы вы какая беда в гематологическом отделении нашей областной больницы. Сколько там беспомощных людей, не знающих что делать, как быть. Ведь некоторым диагноз только недавно поставили, а начать лечение не могут», — говорит Людмила Морозюк.

В гематологическом отделении Одесской областной клинической больницы сложную ситуацию с меркаптопурином нам подтвердили: «Применение этого вещества — неотъемлемая часть назначаемой при подобных патологиях крови терапии. Насколько нам известно, у производителей и поставщиков препаратов с этим веществом появились сложности с регистрацией». В облздраве говорят просто: «А что вы хотели? Не станем же мы лицензии для каких-то частных фирм выбивать. Видимо аптекам невыгодно завозить их продукцию. Они должны сами этой ситуацией озаботиться».

Между тем, «Сегодня» выяснила, что у лекарств «Лейкеран», «Алкеран», «Буцефальк» есть международная сертификация (GMP), которую признают во всех европейских странах. Любопытно, что до исчезновения препарата из аптек, Людмила Морозюк платила за его упаковку 200-300 гривен. Теперь же, в тех местах где он еще остался за него просят 1711 гривен.

Наш источник в прокуратуре не исключает, что всему виной фармацевтическое лобби. «Те, кому выгодно продавать лекарства за баснословные суммы, препятствуют их сертификации и появлению на рынке в широком доступе по нормальным ценам», — полагает наш собеседник.