В начале этого года на систему оказания экстренной и неотложной помощи в Украины обрушился целый ряд новаций. Это и преобразование структуры «Скорой помощи», и разделение вызовов на «экстренные» и «неотложные», и система благотворительности. Как эти новшества отражаются на здоровье пациента?

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОЙ ПОМОЩИ

Недавно Верховная Рада Украины внесла изменения в Закон Украины «Об экстренной медицинской помощи». В частности, медслужбы, куда входит и «скорая помощь», получили «зеленый свет» на прием благотворительных пожертвований. Как указано в документе, «для развития и улучшения материально-технической базы системы экстренной медицинской помощи могут привлекаться средства предприятий, учреждений и организаций независимо от формы собственности и хозяйственной деятельности, а также добровольные пожертвования физических и юридических лиц, благотворительных организаций и объединений граждан, другие не запрещенные законодательством источники».

Таким образом чиновники надеются найти дополнительные средства на финансирование «Скорой помощи» в Украине. В свою очередь пациенты опасаются, что власти просто пытаются легализовать добровольно-принудительную помощь (взятки). Или же таким образом поднять зарплату врачей «Скорой помощи».

Однако официальные органы называют такие опасения беспочвенными. В частности, в коммунальном учреждении «Одесская городская станция скорой медицинской помощи» нам объяснили, что не существует ни минимального, ни максимального размера пожертвований. Помощь не является принудительной, а все добровольные пожертвования как физических или юридических лиц, так и благотворительных организаций перечисляются только на специальный счет предприятия. Все средства идут на приобретение оборудования (например, оргтехники) и инвентаря, а также оплаты услуг по ремонту техники.

О «БЛАГОДАРНОСТИ» ОТ ПАЦИЕНТОВ

Стоит отметить, что заявления чиновников подтверждают и сотрудники бригад экстренной помощи. В частности, как сообщил один из врачей «Одесской станции скорой медицинской помощи», который пожелал не называть свое имя, после принятия поправок к Закону в работе бригад пока ничего не изменилось.

- Легализация пожертвований была больше необходима для юридических лиц и общественных кампаний. Например, нам во время предвыборной кампании подарили девять кардиографов — такую помощь зарегистрировали как пожертвование. А благотворительные взносы от пациентов мы лично принимать не имеем право. Если человек захочет помочь «Скорой помощи» — ему нужно обратиться к секретарю предприятия, получить от него расчетный счет и перевести деньги. Возможен только такой алгоритм, никак иначе, — подчеркнул наш собеседник.

О РЕФОРМЕ

Помимо легализации пожертвований, в «Скорой помощи» проходит ряд других процессов в рамках реформирования отрасли. В частности, с 1 января этого года формально «Скорая

помощь» разделена на «экстренную» и «неотложную». Однако пока на практике все виды вызовов на данный момент обслуживает «Скорая помощь».

В ближайшем будущем неотложная помощь будет передана Центрам первичной медико-санитарной помощи (семейным врачам). Когда это случится -точно спрогнозировать сложно, ведь необходимо решить массу вопросов материально-технического оснащения, обеспечения автотранспортом, медикаментами.

Также Министерство здравоохранения должно разработать соответствующую законодательную базу и четкий алгоритм разделения вызовов на экстренные и неотложные. Диспетчеры, принимающие вызовы, должны пройти дополнительное обучение.

Остается надеяться, что в итоге реформированием останутся довольны и врачи, и пациенты.

От чего будет зависеть состояние больного?

Между тем, пока власть работает над реформой, сотрудники •«Скорой» опасаются, что разделение помощи на •«экстренную» и -«неотложную»- только добавит им работы, ведь в классификации вызовов слишком много субъективизма.

- Такое распределение формальное, — считает врач -«Скорой» города Киева Максим Ионов. -На первый план выступает человеческий фактор. Раньше на диспетчеров -«103» принимали людей, которые проработали больше трех-пяти лет на линии, а сейчас принимают на эти места выпускников вузов. А все потому, что никто не хочет работать на этой низкооплачиваемой должности. Вот и получается, что у нас много молодых диспетчеров, которые делают не только грамматические, но и тактические ошибки в вызовах. Они могут принять экстренный вызов, перекинуть его на неотложку, что может привести к тяжелым последствиям для пациента.

Врач объясняет, что существует большой процент состояний, которые наступают у хронических больных (стенокардия, бронхиальная астма и другие). Они классифицируются как неэкстренные.

Например, гипертонический криз не воспринимают как серьезный вызов, хотя существует немало случаев, когда это состояние приводило к инсульту.

Поддерживает коллегу и одесский врач:

- Я не верю, что это перспективное направление. До 1978 года в Советском Союзе уже было распределение на экстренную и неотложную помощь. Были неотложки при поликлиниках, «Скорая» — отдельно. Потом отказались, потому что понимали, что на практике разделить эти понятия очень трудно.

Специалист считает, что субъективизма добавят не диспетчеры, а сами пациенты.

- У нас недостаточно медицинской культуры у населения. Не каждый может четко сказать, например: -«да, у меня болит за грудиной, давит». Наоборот, больной начинает сомневаться, говоря •«я не знаю», «мне кажется». А диспетчеру необходимо как-то классифицировать это состояние.

Таким образом, от пациентов также будет зависеть, насколько быстро им окажут необходимую помощь.