Во время событий 2 мая их участники неожиданно разделились на два неполитических лагеря: были те, кто спасал людей, невзирая на убеждения, и были те, кто добивал раненных

Одесситы все еще не могут оправиться от шока после трагедии 2 мая: в городе продолжают хоронить погибших, а медики до сих пор борются за жизни пострадавших.

Несмотря на то, что в черную пятницу город оказался во власти жестокости и насилия, очевидцы рассказывают о другой стороне трагедии — о ее человеческом лице, о тех, кто спасал жизни людей, порой рискуя собственными.

СУТКИ — В ОПЕРАЦИОННОЙ

Больше всего досталось одесским медикам, которые никогда раньше не видели одновременно такого количества раненых людей: «Конечно, врачи, сталкивались и раньше с пулевыми ранениями, но не в таком количестве. Это были настоящие военные условия. Горжусь своими коллегами: они спасли десятки жизней», — рассказала «Вестям» первый заместитель директора гордепартамента здравоохранения Ирина Соколова.

По ее словам, 2 мая в городе работали все 64 машины скорой помощи и еще восемь машин — от частных клиник (все работали бесплатно), врачи развернули 20 дополнительных операционных бригад, жизни спасали 80 хирургов.

В тему В обновленном списке погибших 2 мая в Одессе есть несовершеннолетний

«Врачи находились в больницах по двое суток, ни о каких выходных и речи быть не могло. У нас было 40 людей в тяжелом состоянии, сейчас — один. Это 17-летний мальчик, который просто гулял в центре. В него случайно попали «коктейлем Молотова», — состояние очень тяжелое», — говорит Соколова.

По ее словам, количество людей, которые помогали, поразило: «Телефоны больниц разрывались — люди спрашивали, чем помочь. Работало более трех тысяч волонтеров, люди принесли столько лекарств, что теперь у нас неплохой резерв. Сдали более 100 литров крови, и впервые за многие годы наша станция переливания сказала: «Хватит!» Я люблю вас, одесситы, и горжусь вами, — со слезами на глазах вспоминает Соколова. — Обычно у нас по городу 500 вызовов в среднем. В основном хронические больные. Когда все началось, вызовов не было. У нас было в резерве три машины скорой на всякий случай — они не понадобились. Потом наши постоянные клиенты — сердечники, астматики — признались, что постеснялись вызывать врачей и решили потерпеть», — говорит Соколова.

ОТДАЛ СВОЙ БИНТ

Многие участники тех событий отбросили в сторону политику и тоже принялись спасать людей.

Вот что рассказал сотрудник Украинской службы спасения: «Двое на руках приносят человека, который спрыгнул со второго или третьего этажа Дома профсоюзов. У него была сломана нога и разбито лицо, это был антимайдановец. Рядом со мной сидел молодой человек, Сергей, на шее у него был шарф «Черноморца». У него была сломана ключица, и я ему наложил повязку. Так вот этот Сергей снимает с себя эластичный бинт и отдает мне, чтобы я перевязал голову тому человеку, у которого разбито лицо. Он знал, что это антимайдановец и все-таки отдал свой бинт ему. Я бы хотел найти этого Сергея и пожать ему руку», — рассказал Алексей Стуенко.

На помощь пострадавшим пришли и спортсмены, одними из первых бросились спасать людей из горящего Дома профсоюзов члены клуба карате «Берсерк», которые соорудили из подручных средств лестницу и начали помогать людям спускаться: «Пока мы спасали людей, кто-то подбежал и бросил в окно «коктейль Молотова». Пришлось его прогнать», — рассказал член клуба Максим.

Медики и очевидцы говорят о состоянии сильнейшего шока у тех, кто попал в мясорубку 2 мая: «Понимаете, молодые люди, совсем еще дети, увидели своих товарищей в лужах крови. Убитых. Я видела, как плакали мужчины, как женщины бились в истерике головой об асфальт. Такое останется у них на всю жизнь, да и у нас, медиков, тоже. Все мы в каком-то смысле пострадавшие в той бойне», — рассказала нам медсестра Ирина, спасавшая людей в тот день.

«МЕРТВЫЕ МОЛЧАТ ОДИНАКОВО»

Была у событий и другая сторона — те, кто пытался добить раненых и помешать спасать людей.

«Увидел, как только что спасенного из Дома профсоюзов человека с ожогами начали избивать. Подбежал к нему, стал его оттаскивать. Тут же мне начали кричать, что я с антимайдановцами заодно, чуть меня не начали бить. Еле вытащил обожженного. Ну какая разница, кто на чьей стороне, если умирают все? Не знаю, кто сказал, но в точку: «Мертвые молчат одинаково», — рассказал нам активист Евромайдана Виктор.

Были и случаи, когда медикам не давали помочь. Одесситка Ксения Александрова накануне событий посетила однодневный базовый курс медпомощи, и на Куликово пришла, как только узнала о происходящем: «Помогала медикам, чем могла. Самое страшное, что вынесла из всего этого: дело не в пропаганде, а просто люди такие. Есть те, кто перевязывает раненых, а есть те, кто не дает проехать скорой. Дело не в том, кто за что стоит, а в том, что делать с тем, что у нас в головах», — уверена Ксения.

А некоторые, надеясь на лучшее, готовятся к худшему: кто-то начал ходить на курсы медпомощи, кто-то стал волонтером, а в одном из ресторанов владельцы открыли зону милосердия — купили аптечки, сделали наклейки с красным крестом и обучили персонал первой помощи.

«Были случаи, когда магазины и кафе просто закрыли во время уличных боев. Мы призываем не только пускать, но и помогать им на месте», — рассказали владельцы ресторана на улице Жуковского, неподалеку от которого и начала разыгрываться драма 2 мая.