Рулоны с чертежами кораблей… Станки, инструменты, стройматериалы… В доке – корпус будущего судна.

– Нет, здесь фотографировать нельзя, – решительно заявляет хозяин верфи, депутат Ренийского районного совета Анатолий Борисович Махов. – У судостроителей есть примета: пока корабль не спущен на воду – никаких фотосессий. Но свой уже построенный флот могу вам показать…

Анатолий Махов приехал в приграничный городок Рени 40 лет назад, после окончания Одесского института инженеров морского флота. Работал главным технологом, затем – заместителем начальника порта по экономике. «Лучший рационализатор Министерства морского флота СССР», «Почетный работник морского флота СССР», «Почетный работник транспорта Украины» – это далеко не полный перечень признаний заслуг специалиста.

– Анатолий Борисович, как экономист-аналитик, специалист с большим опытом работы, что Вы можете сказать о Законе «О морских портах Украины», который был принят летом 2013 года? Что он дал, например, порту Рени?

– Над законопроектом работали более десяти лет. Причем среди авторов моряков почти не было, и вот – результат. Сегодня на одной территории два хозяина – филиал администрации морских портов Украины и собственно государственное предприятие «Ренийский морской торговый порт». Изначально в законопроекте этого разделения не было, предлагалось в отдельную структуру вывести только капитанию, как это принято во всем мире. У меня много друзей в украинских портах, и они говорят: «У нас конфликты возникают постоянно». Разбираются, кто за что отвечает. И кто, кому, сколько должен платить.

– То есть заведомо создана почва для конфликтных ситуаций?

– Конечно. Вы не задумывались над тем, почему во всем мире в морском флоте, да и вообще на транспорте носят форму? Форма дисциплинирует. Дисциплина, единострой, устав – основа основ морехозяйственного комплекса. Но в независимой Украине сначала отказались от уставов, исходя из принципа «что не запрещено, то все можно» – и пошло-поехало.

– Я читала о том, что страны ЕС намерены в перспективе увеличивать объемы перевозок водным транспортом как одним из самых дешевых. А в Украине за годы независимости речные и морские перевозки сократились в 13 и 20 раз. То есть Европа идет в одном направлении, мы – в обратную сторону. Анатолий Борисович, это правда, что наши порты неконкурентоспособны из-за непомерно высоких тарифов?

– Из-за них в том числе. Свою лепту вносит еще таможня, которая дерет безбожно, другие службы – здесь никто с нашими «достижениями» конкурировать не может. Вспомним судьбу паромной переправы Рени – Русе. Болгарские партнеры в девяностые годы предложили построить паромный комплекс, поскольку больше­грузным авто невыгодно было двигаться через Румынию – там были большие поборы. Проект успешно осуществили, переправу построили, но потом проявился наш менталитет: урвать здесь и сейчас, а там – хоть трава не расти. Если изначально на комплексе были только три окна – пограничники, таможня и санкартантин, то вскоре их стало одиннадцать! Каких только контролеров не было, появился даже ядерный контроль. В итоге мы превзошли Румынию, и после семи лет успешной работы паромного комплекса Рени – Русе объемы начали падать, а в 2007 году болгары объявили, что им работать уже не выгодно. Паромы ушли на линию Варна – Поти.

– То есть, если говорить о возрождении, то надо начинать с элементарного наведения порядка?

– Здесь нужно «до основанья, а затем…». Когда корпус судна обрастает ракушками, их счищают до самой кости.

– К чему же приведет новый Закон «О морских портах»? Ваши прогнозы?

– Думаю, в Украине несколько государственных портов останутся, а в остальных будет некий симбиоз. Между тем каждый порт – это ворота государства. А кто должен открывать и закрывать государственные ворота? Думаю, государство, а не какой-то дядя. Некоторые спорят: «Ты ничего не понимаешь, все надо отдать в частные руки – и будет порядок». Согласен: производством молока, сыра и конфет может успешно заниматься частник. Но стратегические объекты должны быть государственными. Транспорт – это специфика. А у нас много лет отраслью руководили двенадцать «знатоков» – правоведы, историки, товароведы и так далее. И специалистов они подбирали под себя – еще более далеких. А мы удивляемся: почему в морехозяйственном комплексе все так плохо? Да потому, что нет у штурвала специалистов, которые болеют за развитие отрасли. Так она может вообще умереть.

– Анатолий Борисович, Вы работали в составе Ренийского городского совета и его исполкома, сейчас второй созыв являетесь депутатом районного совета. Как Вы оцениваете нынешнюю ситуацию?

– Если в прошлом созыве у нас еще был какой-то бюджет развития, то в этом году у нас бюджет выживания.

– Может, оживит жизнь на местах децентрализация власти? Как Вам нравится сама идея децентрализации? Страна в кризисе, и в этой ситуации, я предполагаю, наоборот, надо сконцентрировать те немногие силы, финансы, которые имеются в государстве, и направить их исключительно туда, где они могут дать отдачу в самые кратчайшие сроки.

– Да, в периоды кризиса действительно нужен четкий план действий. Идея децентрализации власти в принципе хорошая, по такому принципу работает почти весь мир. У нас тоже может получиться. Возьмем, к примеру, детские сады, которые мы после многочисленных дискуссий передали на баланс сельсоветов. После этого дошкольные заведения в селах начали потихоньку процветать – и сельские головы, и родители действительно много сделали для своих детей. Сейчас новым бюджетом предписано возвратить садики на финансирование из районной казны, начинаем перекидывать субвенции. Думаю, ничего хорошего из этого не получится. У нас не реформа, а только макияж. Причем очень неудачный макияж. Оставили такие мизерные источники для пополнения местного бюджета, что ничего не сделаешь. Ввели, например, налог на недвижимость… У нас на селе каждый хозяин всегда что-то строил возле дома – сарай, гараж, хлев для скотины, птичник. И теперь эти квадратные метры посчитают – сколько крестьянину платить? Думаю, децентрализацию начали для того, чтобы снять с себя часть ответственности: извините, мы вам дали власть, собирайте налоги, это – ваши проблемы. К децентрализации, я убежден, надо готовиться, необходимо перестроить само мышление, чтобы громады научились зарабатывать самостоятельно. Если говорить о развитии нашего края, то надо создавать нормальную здравомыслящую команду. У нас есть опыт, есть «порох в пороховницах»: если мы хотя бы не попытаемся что-то изменить, то потом сами себе этого не простим.

– Анатолий Борисович, Вы вышли на пенсию, появилось много свободного времени. На что направляете свою энергию, помимо депутатской работы и воспитания внуков?

– На судомоделизм. Вот, например, достроил «Орел» – первый военный корабль России. Я его заложил еще в 1987 году, а смог закончить только когда вышел на пенсию. Сейчас у меня в доке стоит легендарная «Санта Мария», на которой Колумб открывал Америку. Оборудовал в квартире себе рабочее место – спасибо жене, не возражала. Она знает, что это мое любимое дело, и если я зашел на свою верфь утром, то выйду только вечером; и супруга меня не отвлекает, даже помогает – паруса шьет.

…В мастерской депутата – рулоны с чертежами кораблей, станки, инструменты, стройматериалы. В доке, который умещается на верстаке, – корпус будущего судна. Интересно, где еще в Украине строят корабли?