Сергей Буковский о тонкостях документальной съемки, реакции Екатерины Ющенко на фильм о голодоморе и опозданиях Вакарчука

Сергей Буковский в Одессе далеко не первый раз — в этом году он приглашен на Одесский международный кинофестиваль как член жюри международной программы. Кроме того, режиссер привез с собой два фильма для внеконкурсных показов. 12 июля на Ланжероновском спуске был показан фильм «Знак тире» (1992), собравший в свое время семь призов разных кинофестивалей. Еще один фильм, «Океан Ельзи. Backstage», сейчас находится на финальной стадии и его 20-минутный отрывок будет представлен в секции Work in progress. «Вести» побывали на мастер-классе одного из лучших украинских режиссеров-документалистов, а после задали ему несколько вопросов о том, как снимаются документальные фильмы, и о том, что ждет украинское кино.

— Сергей, скажите, что нужно сделать, чтобы сохранить интерес зрителя к документальному фильму?

— Зрителя всегда нужно увлекать и захватывать. Например, когда проходили съемки фильма «Живые» (2008 год), в самом начале ленты были смонтированы комические моменты, и на первом показе в зале стоял смех. Присутствовавшая на нем Екатерина Ющенко начала возмущаться, мол, это же фильм о голодоморе, а людям смешно. Пришлось объяснять, что зритель должен сопереживать персонажам фильма, он должен их полюбить и только тогда он сможет понять их трагедию.

— Есть стереотип, что документальный фильм снять не так уж сложно. Так ли это?

— Чтобы снять действительно качественное документальное кино уходит очень много времени, это длительная и кропотливая работа. Его нельзя снять за неделю и смонтировать за три дня — это будет что-то другое, наверное. Нужно изначально определиться: нужна ли просто информация, а тогда это больше журналистика, или ты ищешь характер. И чтобы раскрыть этот характер, нужен не один час записи.

— А как сделать так, чтобы человек чувствовал себя свободно перед камерой?

— Нужно самому открыться. Не полностью выворачивать себя наружу, конечно, но быть открытым, и тогда человек будет открываться тебе. Этим приемом я пользуюсь довольно часто, кстати.

— Кто самый сложный персонаж для вас?

— Это Леонид Кравчук. У него есть обычно три-четыре домашние заготовки, и нам приходилось снимать его трижды для фильма «Украина. Точка отсчета». И только с третьего раза все получилось.

— Сейчас в финальной стадии фильм о группе «Океан Ельзи». Насколько сложной была работа?

— Работа с группой проходила хорошо — «душа в душу», замечательные, талантливые музыканты. А вот со Святославом Вакарчуком работать все же было сложнее. Он действительно талантлив, но у него уже есть сформированный имидж и он придирчив. Но такой не только Вакарчук. Люди, которые живут своим имиджем, им очень сложно из него выйти.

— А как вы решали эту проблему?

— В фильме, например, есть момент, когда Святослав бросает мяч в баскетбольное кольцо. Гуляя по Львову, мы случайно нашли дворик с этим кольцом, нашли мяч... И когда он увидел все это, он кинул мяч пару раз в кольцо и увлекся этим, появилось совсем другое настроение.

— А как работалось с Вакарчуком? Ведь группа не стоит на месте, постоянно концерты, разъезды.

— Да, трудности были. Святослав Вакарчук, к примеру, мог опаздывать не на 5–10 минут, не на час даже, а на неделю. Просто звонил и говорил, что не приедет. К музыкантам также было сложно подойти — и на концертах, и на репетициях. Приходилось снимать профессиональной камерой с огромными кинообъективами.

— Вы преподавали курс режиссерского документального кино в Театральном университете им. Карпенка-Карого. Скажите, каким вы видите будущее украинского кино?

— Только в серьезной реформации системы образования. С тем, что делается сейчас, этого недостаточно. Сейчас хорошей школы режиссуры документального кино в Украине нет, и студенты уезжают в Польшу. А вот курсы операторского искусства лучшие все-таки в Карпенка-Карого.