В воздухе висела жара. Зной — тяжелый, липкий — не отпускал. В центре города — аншлаг. Народу — не протолкнуться, особенно к вечеру: этим летом отдыхающих приехало несметное количество. Среди многоголосья и разноцветья, дефилировавшего по центральной пешеходной улице, по бульвару над морем, по прилегающим уголкам старого города, выделялась стайка подростков. Их группа то увеличивалась, обрастая все подходившими и подходившими ровесниками; то уменьшалась до нескольких человек. Они медленно брели вместе с толпой или против ее течения. Иногда останавливались послушать уличных музыкантов и певцов — с гитарой, скрипкой, саксофоном, даже с ударной установкой. Слушали внимательно, иногда опускали в раскрытые футляры от инструментов мелкие банкноты. Потом так же неспешно шли дальше.

Мальчики и девочки привлекали внимание, прежде всего, прическами — сразу вспоминался фильм «Стиляги». Правда, одежда их как раз была полной противоположностью той, что на молодежи в фильме: в основном черная, яркими пятнами на темных футболках выделялись лишь названия и портреты рок-групп. Некоторые из юной компании «изобиловали» пирсингом, другие предпочитали современное тату. Однако главное — у подростков были приятные смышленые лица, даже несколько нарочитый макияж не скрывал этого.

Бывая в центре города, я не раз видела их и постепенно стала воспринимать, как своих знакомых.

Они расположились прямо на зеленой лужайке городского сада, рядом со скамейкой, на которую я после променада присела в ожидании друзей. Увидев выглядывавшие из рюкзачка одной из девочек барабанные палочки, неожиданно для самой себя спросила:

— Умеешь барабанить?

— Нет, но очень хочу научиться, — ответила она дружелюбно. — Пробовала освоить гитару и поняла: не моё. Теперь вот решила с ударной установкой поэкспериментировать.

— Часто вижу вашу «команду» здесь, в центре. Учитесь вместе или живете рядом?

— Ни то, ни другое, подружились на «Холи-фесте».

(«Холи» пришел к нам из Индии, это ежегодный индуистский фестиваль весны. Наш вариант «Холи» взял у оригинального праздника только разбрасывание разноцветных красок растительного происхождения. Видела нынешним летом это потрясающее действо. Зрелище — в хорошем смысле — незабываемое, причем не только яркостью, но и волной позитивной энергии, веселья, накрывшей окрестности площади, где проходил фестиваль, восторгом детей и подростков, в нем участвовавших).

Общаться с ребятами было интересно. Мы познакомились. Кэт, Элен, Дэн, Ник, Пат — так они представились. Оказалось, только Пат — и в самом деле Патриция, а остальные просто несколько «подрисовали» привычные имена. Зачем — сами не знают. Зато знают, что их объединило:

— Нам нравится рок-музыка. Не каждый готов слушать ее, — вступила Элен. — Вкусы к минимализму в одежде у нас тоже совпадают.

— И взгляды на жизнь, — степенно и важно добавил Ник.

— В общем, мы немножко неформалы, — почти застенчиво сказала Кэт. — Иногда к неформалам относятся с опаской. И напрасно. Мы не агрессивны.

— И никого не агитируем слушать именно ту музыку, которая нравится нам, — подключился Дэн. — Рок вообще нельзя воспринимать просто, как рэп или попсу, им нужно жить.

— Мы и не хотим, чтобы рок стал мэйнстримом — чем-то обычным, традиционным. Это наше пространство, — добавила эмоций в разговор Пат.

Беседа наша прервалась, пришли мои друзья. Мы все чинно раскланялись. Подумала: разное намешано в юных головах, но их попытка выделиться из толпы прической, одеждой, музыкальными привязанностями — это лишь средство самовыражения. Ведь они познают не очень-то добрый мир вокруг них. И стараются ему противостоять вот таким «немножко неформальным» образом.

Жаль, что о «взглядах на жизнь» поговорить не успели. Хотя... Напоследок заметила на шее у Элен подвеску в виде знака пацифиста. Достойный знак. Уходила от этих ребят с хорошим чувством.