Легенды, связанные с так называемой Новороссией, не утихают с первых дней независимости Украины. Идеологи «русского мира» утверждают, что Новороссия – исконно русская земля, которая произвольно была включена в состав Украины в 1919 году. Исторические факты демонстрируют несостоятельность этих утверждений.

Новороссийская губерния была основана в 1764 году, еще до завоевания Российской империей выхода к Черному морю. Этому предшествовало изъятие запорожских и гетманских земель под территории военных поселений: Украинской укрепленной линии, Новой Сербии, Славяносербии и Новослободского казацкого полка. Именно эти земли стали ядром Новороссийской губернии с центром в Кременчуге. Спустя десять лет к Новороссии отошла небольшая территория между Западным Бугом и Днепром, отнятая у Османской империи по итогам войны 1768-1774 гг. Основная же часть земель губернии состояла из старинных владений запорожских казаков.

В 1762-1763 годах Екатерина Вторая издает два манифеста об иностранной колонизации юга Украины. Целью было растворение украинского этноса в других, лишить его национальной идентичности и самобытности и, в конечном итоге, полностью русифицировать. «Максимальную долю от общей численности населения края украинцы составляли в 1745-м – 96,86%, а минимальную – в 1779-м – 64,76%, при этом русские ни в одном уезде не были большинством, а порой даже вторым по численности этносом, уступая молдаванам, немцам и другим народностям», – пишет В.М. Кабузян в труде «Заселение Новороссии (Екатеринославской и Херсонской губерний) в 1719-1858 гг.». Судя по приведенным данным, особых успехов Екатерине достичь не удалось.

Как административная единица (губерния) Новороссия существовала в 1764–1783 годах с центром в Кременчуге и в 1796–1802 годах – с центром в Новороссийске (позже Екатеринослав, нынешний Днепр). В начале девятнадцатого века ее разделили на три губернии – Екатеринославскую, Херсонскую и Таврическую. В состав большей из них – Херсонской – входили территории современных Херсонской, Николаевской, Одесской, части Кировоградской и Днепропетровской областей. В 1775 году из Новороссии были изъяты и переданы в состав Азовской губернии все левобережные территории, кроме Полтавщины (будущий Донбасс). После очередной русско-турецкой войны, в 1822 году, было образовано Новороссийское и Бессарабское генерал-губернаторство с центром в Одессе, просуществовавшее до 1874 года и состоявшее из трех упомянутых губерний. И наконец в 1919-1920 годах здесь была белогвардейская Новороссийская область Вооруженных сил Юга России.

Границы перечисленных административно-территориальных образований разнились друг от друга. Так, очертания первой, просуществовавшей дольше всех прочих, Новороссийской губернии рази­тельно отличаются от границ нынешних южных и восточных областей Украины. Территории нынешней Одесской области в нее не входили вовсе, да и канула в небытие эта губерния раньше, чем на карте появилась Одесса.

Большую часть своей истории Ново­россия существовала не как админист­ративное, а скорее как географическое понятие. Обычно к ней причисляли Екатеринославскую, Херсонскую и Таврическую губернии. Заметим попутно, что при всех вариантах территориальной конфигурации Новороссия никогда не включала в себя ни Слобожанщину в целом, ни Харьков или север Луганской области в частности. Зато к Новороссии относились принадлежащие ныне Российской Федерации Дон, Кубань и Ставрополье. Любопытно, почему движение за «свободную Новороссию» разворачивается в Украине, а не по обратную сторону российско-украинской границы?

Не имея глубоких исторических корней, после смерти Екатерины Второй название «Новороссия» стало терять популярность, однако оно все же успело получить отражение в литературных и чиновничьих кругах, например, в названии Одесского университета.

Среди местного украинского населения слово «Новороссия» также не прижилось. Согласно отчету Херсонской губернии 1868 года, приведенного в монографии Я.В. Бойко «Заселение южной Украины 1860-1890 годов», уже с середины девятнадцатого века более 70% населения губернии были украинцами, русские же составляли лишь около 5%. С конца девятнадцатого века об этническом составе можно судить по материалам первой переписи населения в Российской империи, проходившей в январе 1897 года. Согласно им, носители украинского языка составляли большинство населения не только этой территории, но и еще восьми губерний империи. Следовательно, более ста лет назад этнические русские составляли в нашем регионе незначительную часть населения, посему говорить об истории «русской Новороссии» не приходится. Никто иной как украинцы внесли решающий вклад в градостроительство, создание инфраструктуры и флота Причерноморья. Так что ни о каком «дарении большевиками русской Новороссии» в двадцатые годы ХХ века не могло быть и речи. Одесская губерния была создана в 1920 году путем выделения земель Херсонской губернии, просуществовала до 1925 года, когда в УССР было упразднено губернское деление, а округа, входящие в их состав, перешли в прямое подчинение республики. И лишь 27 февраля 1932 года была образована Одесская область.

Вспомнили о Новороссии так называемые собиратели русских земель лишь в эпоху независимости Украины с целью раскола нашей страны. Последним ярким примером спекуляции на эту тему стал недавний скандал вокруг некоего учебника, рекомендованного для одесских школ. Пособие «Одесса – мой город родной», разработанное и написанное под руководством бывшего мэра города Алексея Костусева, содержит следующие строки: «Через столицу Новороссии проходило 37% всего хлебного экспорта России и 60% – юга страны. Это обстоятельство а также особый статус, который предоставляли городу российские императоры (денежные субсидии, освобождение от налогов и постоя , порто-франко (1819-1859 гг.), стали причиной экономического и демографического подъема Одессы». Формулировка «столица Новороссии» вызвала у одесситов справедливое возмущение. Под давлением общественности Министерство науки и образования вынуждено было отозвать гриф «Одобрено комиссией по истории» и запретить пособие к использованию в одесских школах. Это один из тех редких случаев, когда голос одесситов был услышан.

Я понимаю, что книга, изданная иждивением патологического украинофоба Алексея Костусева, публично называвшего себя «вторым Ришелье», не могла быть иной. Мне непонятна позиция коллег – одесских историков, поддержавших это абсолютно ложное утверждение.

К сожалению, нынешние политические элиты не только не противодействуют лживой пропаганде имперских идей, но и сами провоцируют появление подобных мифов. Провоцируют упорством, с которым цепляются за кресла, бесконечным топтанием старых фигур на украинской политической доске, циничной сменой масок в зависимости от общественного дискурса.