– Юрий Константинович, важным направлением государственной евроинтеграционной политики определено трансграничное сотрудничество в Дунайском регионе. Одной из его форм является Стратегия ЕС для Дунайского региона, в которую включены четыре области Украины, в том числе Одесская.

Сегодня на Одесщине нет более компетентного человека в этой сфере, чем Вы. Возглавив профильную депутатскую группу, а также Ассоциацию органов местного самоуправления «Стратегия ЕС для Дунайского региона», Вы, наверное, детально изучили историю возникновения этой макрорегиональной программы и общий механизм ее работы. Поделитесь своими соображениями с нашими читателями?

– Хотел бы начать с того, что новый взгляд на Дунай и его возможности начал формироваться лишь на рубеже XX-XXI веков в процессе расширения Европейского Союза и его политики сплочения. Инкорпорация в 2007 году Румынии и Болгарии, с одной стороны, позволила ЕС практически полностью завладеть вторым по величине речным бассейном Европы, расширить свои границы до Черного моря и получить доступ к стратегически важным панъевропейским транспортным коридорам, с другой, усилила внутреннюю фрагментацию и социально-экономические дисбалансы. Сложившаяся ситуация во многом требовала единого и комплексного подхода как к решению общих для Дунайского региона проблем, так и к реализации его новой миссии.

Так появилась Стратегия ЕС для Дунай­ского региона – это был второй макрорегиональный проект ЕС, концепция которого подразумевала гибкий и ориентированный на перспективу каркас сотрудничества государств-участников в рамках согласованного плана действий. Как Вы, наверное, знаете, в документе выделялось четыре основных направления, так называемые «опоры», – объединение, укрепление, благополучие и защита окружающей среды. Каждое из них имело свои приоритеты (всего 11) и стран-кураторов, отвечающих за координацию действий.

– Какая роль отводилась Украине в этом проекте?

– Украина и Молдова находились в наихудшем положении, поскольку не являлись ассоциированными членами ЕС и вошли в данное объединение как страны-партнеры без права быть закрепленными за приоритетными направлениями. В то же время расположение и потенциал этих стран всегда имели стратегическое значение в рассматриваемом геополитическом пространстве, поэтому их изоляция могла оказаться своеобразным вызовом успеху Дунайской межгосударственной кооперации в целом.

Ситуация усугублялась тем, что в тот момент руководство страны не уделило должного внимания данной платформе европейской интеграции и сотрудничества, что существенно ограничило возможности нашей страны лишь формальным участием. В конечном итоге Украина была упомянута как заинтересованная сторона лишь в первом приоритете, связанном с улучшением мобильности и сообщения между различными видами транспорта.

Для сравнения, наш ближайший сосед – Румыния – фигурирует в качестве ведущего партнера практически в каждой приоритетной области. Более того, третья часть заявленных в 2011 году проектов к 2017 году успешно завершена либо находится в стадии реализации. К примеру, в рамках приоритета «1а» были улучшены навигационные условия на румынском секторе Дуная за счет устранения узких мест, дноуглубления и укрепления берегов судоходных каналов, модернизирована и усовершенствована инфраструктура морских и речных портов, введены в эксплуатацию новые контейнерные терминалы и причалы. Включены в план действий и такие амбициозные проекты, как строительство канала Дунай – Бухарест.

– Хотелось бы понять, поменялась ли ситуация за последние годы?

– Безусловно. В июне 2016 года вопрос об интенсификации сотрудничества в рамках Стратегии ЕС для Дунайского региона стал ключевым на парламентских слушаниях по трансграничному сотрудничеству. Конкретный план действий, который Украина запланировала воплотить в среднесрочной перспективе в Дунайском регионе, представлен в Государственной программе развития трансграничного сотрудничества на 2016-2020 гг. Из 55 мероприятий, основными инициаторами которых выступили Одесская, Закарпатская, Ивано-Франковская и Черновицкая области, 19 пунктов касаются пограничных, туристических и инфраструктурных проектов на придунайских территориях, а также современных систем техногенно-экологической безопасности на Дунае и его притоках.

В прошлом еще одним пробелом было отсутствие в Украине эффективного координационного механизма, который бы обеспечивал внешнюю связь между Европейской Комиссией и национальными координаторами приоритетных направлений от стран-участниц Дунайской стратегии. Мало того, отсутствовал внутренний диалог между профильными министерствами, органами местного самоуправления, неправительственным сектором и научно-экспертным сообществом. В этой связи я очень надеюсь, что передача в октябре 2016 года функций координационного центра от Минэкономразвития к Минрегиону даст новый импульс этому процессу.

– Сможет ли Украина, с учетом всех позитивных сдвигов, наверстать упущенное? И если да, то что для этого нужно?

– Исходя из того, что порт Констанца объявлен главными восточными морскими воротами ЕС, можно предположить, что в Брюсселе сделали ставку на Румынию, которая по существу уже заняла один из углов панъевропейского транспортного треугольника. В этих условиях оптимальным вариантом для Украины может стать только разработка собственной «дунайской стратегии», которая бы предложила ЕС альтернативно выгодную версию периферии.

Конечно, собственный выход из Дуная в Черное море остается стратегической точкой современной Одесской области, что автоматически выводит ее в плоскость важнейших геолокаций Украины. Сегодня перво­очередной задачей я вижу создание нового шлюзованного канала «Дунай – озеро Сасык – Черное море», что обеспечит гарантированные глубины на украинском участке Дуная и позволит выйти за пределы зоны строгой охраны билатерального резервата ЮНЕСКО «Дунайские плавни». Политического вмешательства в рамках конвенции ЕСПО требует вопрос перераспределения водопотока дамбой на мысе Измаильский Чатал, которая отсекает украинскую воду в румынскую сторону и влечет за собой огромные водопотери в Килийском рукаве.

И самое главное. Украина не сможет двигаться вперед без имплементации перспективного плана мероприятий, который позволил бы ей органично интегрироваться в конгломерацию дунайских стран.

Досье «ОВ»

Юрий Маслов – депутат Одесского городского совета XXII и XXIII созывов, Одесского областного совета IV, V, VI созывов (мажоритарный избирательный округ). Председатель постоянной комиссии по вопросам бюджета, финансово-экономической политики и банковской деятельности Одесского областного совета. Имеет почетное звание «Заслуженный экономист Украины». Входил в состав депутатской фракции «Народная партия». В настоящее время – профессор кафедры социальных теорий ОНУ им. И.И. Мечникова, депутат облсовета VII созыва, член депутатской фракции «Блок Петра Порошенко «Солидарность».